Лечим все, кроме истинности (Вылечим всех)

Как обычно после смены, розоватые светильники на потолке и стенах показались мне слишком яркими, веселыми, а коридор – до ужаса длинным.

Цель моего путешествия – дверь с табличкой «Самира Рарвес» –располагалась ближе к его концу, а ноги уже еле передвигались. Самира Рарвес… Не сразу свыклась я с этим чудным именем, но звучало красиво. Так назвал меня Рик в нашу первую встречу на перекрестье.

Очутившись здесь, я забыла свое настоящее имя, как и многое другое из прошлой жизни. В последнее время она упорно напоминала о себе, всплывала в голове урывками, отдельными кадрами, почти не связанными друг с другом.

Но темных пятен по-прежнему оставалось слишком много.

Говорят, так перекрестье лишает нас желания вернуться домой. Мы не помним к кому, к чему и зачем, принимаем новый мир сердцем и душой.

Я поднесла руку к двери, и та послушно отворилась. Поначалу я не уставала удивляться здешней охранной магии. Она напоминала покладистого домового – невидимого, но послушного хозяйке жилища.

Почуяв мое приближение – немедленно открывала квартиру, заметив удаление – блокировала окна и дверь.

Первым делом я забрела в уборную, справа от входа. Большая зеленая ванна так и манила прилечь, расслабиться в теплой воде, понежиться в пене.

Нет уж, спасибо! Понежилась после предыдущей смены! Проснулась в ледяной воде, уже под вечер. Продрогла так, что зуб на зуб не попадал. Пришлось экстренно лечить насморк у Рика. Как же он смеялся, как издевался: мол, взяла бы меня в ванну, уж точно б не замерзла.

Я с удовольствием вдохнула терпкий запах дегтярного мыла. Ммм… Здорово!

Помнится, Рик долго язвил по поводу этого моего пристрастия. Мол, аромат роз кажется тебе слишком приторным, аромат лилий – слишком резким, зато деготь – самое оно. Верх изысканности и нежности. Но мне нравилось и все тут!

Уже в полусне я немного освежилась и, решив, что до кухни не поползу, как бы не возмущался недовольный желудок, направилась прямиком к постели.

Громадная, деревянная, очень удобная она высилась у самого окна, рядом с рабочим столом.

Улица зашумела – перекрестье просыпалось, одаривая обитателей новым днем и новыми надеждами.

Мне же хотелось лишь одного – упасть и вырубиться. Но оставалось последнее важное дело – установить в ауре энергопрограмму, чтобы проснуться через шесть часов и успеть на занятия.

Это преимущество жизни в новом мире я не променяла бы ни на что другое.