Лечим все, кроме истинности (Вылечим всех)

Едва машина выплыла из темноты, оборотни довольно загудели, и кольцо зевак разомкнулось, давая нам сесть у самых заграждений арены. Сверху столбики по углам «ринга» выглядели совсем небольшими. Но я-то знала, что каждый из них в два человеческих роста.

Между столбами были натянуты тугие канаты, с три моих пальца толщиной.

В толпе верберов я всегда ощущала себя маленькой и хрупкой. Даже среди женщин. И почему-то очень хотелось держаться рядом с Риком – могучим и сильным. Ростом лишь слегка ниже самых высоких верберов, он был заметно изящней, но в каждом движении василиска ощущалась невероятная мощь.

Если же они слишком увлекались, зарывались, Рик полуобращался. В такие минуты он человеческого обличья не терял, но контуры тела словно размывались. И чудилось – василиск увеличился раза в полтора, стал тяжелым, опасным.

Машина замерла в метре от земли, Рик выпрыгнул наружу, и подал мне руку. Я оперлась на нее и вынырнула из уютной кабины в суматоху поселения верберов.

Глава 2

В поселке пахло жареным мясом и хлебом. Взвинченные оборотни в нетерпении мялись у арены, шумно переговаривались и даже не смеялись – утробно гоготали.

Секунда, другая, и… я окунулась в эмоции верберов, как в воду, и они накрыли с головой, ненадолго почти лишили ясности мысли.

Я отчетливо ощущала адреналин – он витал в воздухе, нагнетая напряжение.

Черт! Это ведь мои вторые бои! Пора бы привыкнуть… Но сказать легче, чем сделать.

Кровь бешено застучала в висках, страх сковал по рукам и ногам, изнутри поднялось сильное раздражение.

Рик властно приобнял меня за талию и медленно повел к арене.

Вот сейчас, здесь мне и в голову не пришло возражать, возмущаться его нахальством, бесцеремонностью.

Напротив, покровительственный жест василиска пришелся как нельзя кстати. Навязанные эмоциями оборотней чувства сразу отпустили, пульс почти выровнялся, и я вздохнула с облечением.

Верберы столпились вокруг, и, невзирая на близость Рика, я почувствовала себя неуютно. Даже подростки были выше меня на голову, крупнее в раза в полтора. Рядом с высокими, статными вербершами невольно вспоминались строки из классики: «Коня на скаку остановят, в горящую избу войдут».

По сравнению с ними я выглядела лилипуткой, с подтянутой, правда, фигурой – об этом я заботилась постоянно.