Порядочный хаосит

– Значит, изрезал кукули, начертил печатей, чтобы липняка лечить – а потом всё ему отдал. Жалостливый ты - ветер в путь. Теперь липняка от хаотички раздует вдесятеро, вот норщики-то порадуются. А если печати твои уцелели, так они озолотятся.

- Не думаю, - протянул я. – Там какая-то странная штука случилась, - я поведал историю про сияющий коридор и странный гул из-под земли. – Думаю, все печати погасли или испортились.

Золто застонал.

- Весь коридор исчертить? Ты бы собрал хоть немного хаотички! Продали бы, а сказали бы, что норная.

- Печать я и здесь начертить могу. Но как мы хаотичку продадим, - резонно возразил я, - если нам через Вохотму нужно незаметно прошмыгнуть?

Но у Золто уже горели глаза.

- Я Кине передам, а та продаст, - самым своим убедительным тоном произнёс он, - это не то, что с голым задом к ней приходить и просить денег взаймы.

- Кина? Это о ней ты говорил – «друзья в городе»?

- Ну да.

Я понимающе хмыкнул.

- Ну да, у «Кины» - я подчеркнул это имя – одалживать деньги.

Честно говоря, мне и самому хотелось начертить ещё одну печать. Я помнил начертательное вдохновение, охватившее меня в Норах, и мне было интересно, вернётся ли оно ко мне здесь, на поверхности – или оно было следствием насыщенного эссенцией воздуха. Я встал, покрутил начинающими замерзать руками.

- Ножик одолжишь, Золто?

Подошёл к широкому еловому стволу, темнеющему в вечерних сумерках, и примерился.

— Я бы попросил тебя дать слово, — начал я, прикидывая размер будущего плетения, — но мне кажется это оскорбительным.

— Чего?

— Ну, это будет означать, что я считаю тебя совсем тупицей.

— Какого штиля ты гонишь?! — он тут же подскочил.

Я спрятал улыбку.

— Только совсем тупица бы не сообразил, что ни в коем случае нельзя, чтобы другие узнали о том, что я умею рисовать печати, — объявил я, делая первый штрих.

— Почему?

— Потому что в таком случае меня тут же поймают, посадят на цепь и заставят рисовать печати вовсе не для нас с тобой, а для других.

— Ну да, — протянул Золто.

— Ну вот, ты это и так знаешь, — я улыбнулся, — поэтому и не прошу давать слово молчать, ты и сам понимаешь, что такой секрет нам никак выдавать нельзя, иначе ни хаотички, ни денег нам не видать. Но пока никто не знает про нас, — я сделал еще два штриха, — мы вполне можем неплохо заработать.

Интерлюдия.