Порядочный хаосит

Мать говорила, что нельзя смотреть на неё двумя глазами сразу, когда она в зените: Якшар может подумать, что ты просишь о безумии и наградить тебя им. Я суеверно прикрыл левый глаз. Потом, рассмеявшись, открыл оба: детские сказки. И снова прикрыл левый глаз: детские сказки, конечно, но я уже пережил достаточно, чтобы лишний раз рисковать рассудком.

И услышал совсем близко резкий щелчок. Такие щелчки издавал рассохшийся шкаф в моей гостиной.

Я испуганно вскочил и огляделся.

У самой кромки воды стояла человеческая фигура.

Якшар снова скрылась за тучами, и я не мог разглядеть, кто именно там стоит. На всякий случай я решил заговорить первым.

— Вечер добрый!

Молчание. Затем послышался новый щелчок, и ещё один. Под аккомпанемент сухих щелчков фигура двинулась по направлению ко мне. Я начал медленно отходить.

- Эй? – снова спросил я. – Вы меня слышите?

Но в этот момент Якшар вышла из-за туч, и ярко осветила всю картину зловещим красным светом.

У берега стояло нечто... я затрудняюсь это описать.

Какая-то мешанина из звериных шкур, принявшая форму человека? Вместо головы был мёртвый, изуродованный бобёр – я понял это по торчащим зубам. Тело — наверное, медвежья шкура. Правая и левая руки — одна мёртвая тушка лисы, другое… вероятно, волк? Фауна и монстрология северных пустошей во всей красе. Из распяленных пастей волка и лисы торчали совершенно человеческие кисти рук. Пальцы на одной из них пошевелились, затем монстр поднял руку-лису и вроде как бы почесал голову-бобра. Затем медленно направился ко мне.

Он вышел из кустов, и Якшар осветила деревянные ноги монстра. Совершенно как человеческие, но деревянные. На шарнирах. Они скрипели при ходьбе.

Наверное, увидев такое, мне надлежало убежать с криком в лес или сесть на землю, обхватив голову руками, и раскачиваться. Но я не мог. Такая штилева дичь была слишком страшной, чтобы её бояться. Я нервно хихикнул. Ситуация была слишком абсурдна, чтобы паниковать по-настоящему.

- Хей, ты шкурник? А? Как тебя звать? Боброголов? Медветел? – меня охватила истерика.

– Ногун? Ножич? Чего тебе надо от меня?

Штуковина заковыляла по направлению ко мне быстрее. Я отбежал.

- Какого штиля тебе надо? Ты говорить умеешь? А? Ногач-шкурник?

«Это» издало серию щелчков, и внезапно присело. Затем ноги «ногача» распрямились с треском, и он прыгнул по направлению ко мне, растопырив свои странные руки.

Я с трудом отскочил, и, сохраняя расстояние, заплясал по берегу.