Порядочный хаосит

Я посмотрел на Сайбара… посмотрел на Золто… посмотрел на Ногача, которому как раз вздумалось перевернуть на бок мёртвую тушу рыкташа, чтобы продолжить освежевывание. Он оперся ногами о землю и толкнул её обеими руками.

Я никак не мог понять до этого, насколько силён — невероятно силён — Ногач. До этого момента.

В полуободранном тулове, истекавшем жёлтым жиром и кровью, была, наверное, добрых сотня данхов веса. Когда манекен толкнул его, она подпрыгнула, как мячик, перевернулась несколько раз, скатилась с берега и плюхнулась в воду.

Ногач удивлённо посмотрел на дело рук своих, а потом поскакал за ней.

Живуля там иль не живуля – что там хотел от нас Сайбар, мы так и не узнали, потому что охотничьи инстинкты в сайбаровцах возобладали.

Поминая вонючие ветра, сайбаровцы побежали вслед за тушей, вылавливать её из воды, собака метнулась белым пятном, тонко взлаивая. Золто подхватил обе сумки на одно плечо, схватил копьё и, похоже, вознамерился дать дёру, не дожидаясь меня.

Я подбежал к нему и ухватил за локоть.

Куда!

— Пусти, дурак, — замахнулся он на меня кулаком.

Я пригнулся, Золто попытался пнуть меня ногой. И попал.

В то время как остальные, ругаясь, лезли сквозь ельник, один из сайбаровцев направился к нам, направляя на нас самопал.

— А ну стой! - гаркнул он, сорвавшись на фальцет.

Золто с ошалелыми глазами продолжал вырываться, никого не слушая. Мужик перехватил самопал, приложил его к плечу.

— Стой спокойно, дурак, застрелю!

Я отпустил Золто, и тот рванулся – но, почему-то, не в лес, а на мужика.

Тот выругался, я услышал металлический щелчок. Что-то завертелось на прикладе, в древней дуре что-то зашипело, и впавший в отчаяние Золто, размахнувшись, полоснул мужика своим самодельным копьём.

Оно вонзилось ему куда-то в плечо, вышибло оружие из руки и пропахало длинную борозду через его живот. Упавший на землю самопал с негромким хлопком выплюнул пыж.

Я застыл.

Мужчина схватился за живот и сказал довольно высоким голосом:

— Ой-ой-ой.

Кровь хлестала у него между пальцев, и он повторил ещё раз, почему-то низким голосом:

— Ой!

Лицо у него искривилось, и он проныл:

— Ну, помогите же мне, я ранен!

Ведьмачонок стоял недвижимо, держа копьё перед собой на вытянутых руках. Мужик поднял на нас молящий взгляд, упал на колени, потом повернулся набок, свернулся калачиком и застыл.

В этот момент в Золто что-то щёлкнуло, как в Ногаче, он повернулся и припустил стремглав через лес.