Оберег

— И еще пожрать найти чего… — дополнил повестку дня Руслан.

— Ну, этот-то вопрос я как раз уже решил — сказал Молчан, показывая на груду двухстворчатых ракушек, которую он вывалил из своей рубахи, едва вылез на берег после купания.

— А… а разве это едят?

— Едят, едят. У франков это вообще самое лакомое яство. После лягух, конечно. Но пока мы тут лягух искать будем, совсем с голоду помрем; а этих ракушек в море — навалом. Да не дергайся ты! Я и сам их впервые пробовать буду.

— А чего тут определяться? — сказал Руслан, — В море на своих двоих далеко не уйдешь, остаются еще целых три стороны света. Нам любая пойдет: идем до первого селения, там узнаем, где этот летучий тать гнездится, и — прямиком туда.

— Да, выбирать особо не приходится. Если по берегу идти, можем к каким-нибудь грекам добраться, а на кой нам сейчас греки? Так что пойдем, удаляясь от моря.

— Через горы?

— А почему нет? Если, конечно, нам туда надо, а не налево или направо. Но пока мы не пойдем хоть куда-нибудь, все равно ничего не узнаем. Все, решено. А теперь давай будем кушать.

— Давай. Лягухи, говоришь? Мда… А смотри-ка, ничего, съедобно…

— Да, вполне… — они быстренько умяли всех собранных волхвом моллюсков, поднялись, глянули напоследок на море, повернулись к нему спинами и пошли.

— Знаешь, что хорошо? — спросил Руслан и тут же ответил: — То, что снега нет.

Снега, и впрямь, не было. Жухлая прошлогодняя трава местами доходила путникам до пояса, под ногами уже вовсю зеленела молодая поросль. Сзади постепенно затихал шум прибоя и крики чаек. Навстречу надвигались горы. Идти все время приходилось вверх, так что к исходу третьего часа, когда поднялись на изрядную высоту, а дальше уже начинались скалы, путники устроили привал.

— Ух, ни единого живого места на теле нет! — пожаловался Молчан, устало плюхаясь в траву.

Руслан только хмыкнул в ответ. Видать, о чем-то своем думал. Его размышления прервало козье блеянье и возглас Молчана:

— Мясо!!!

К ним неспеша приближалась коза. Самая обыкновенная, каких навалом в любой деревне. Приближалась, совершенно не страшась не таящихся людей.

— Какие, однако, здесь дикие места! — прокомментировал Молчан.