И никаких столбов!

Кута обнаружил, что он лежит плашмя на какой-то жесткой поверхности, и что чья-то голубоватая тушка уютно расположилась прямо поперек него. Он грубо отпихнул тело в сторону:

- Эй, Луой! Просыпайся! Мы, кажется, корабль разбили!

- Ааа, что? – с трудом открыл глаза хрбуль. Перед самым падением он постарался упрочить свою кожу по всему телу, но забыл про лицо, и в результате на его голубой мордашке красивым сиреневым цветком распустился огромный синяк.

- Тсс, слышишь? – Кута закрыл рот другу и навострил уши. До него донесся истеричный женский голос: «Где эти маленькие ублюдки?».

- Кажется, нам лучше убраться отсюда, - прошептал белобрысый мальчик, - я эту тетку боюсь больше, чем рыжих бугаев. Помнишь, как она нас за ухи схватила?

Судя по лиловому уху, Луой помнил. Но, в отличие от Куты, он помнил также, как перед самым столкновением сумел вырваться из хватки и попытался отшвырнуть ее в сторону каюты, но хрупкая девушка словно вросла в палубу, и только удар корабля о землю смог отбросить ее.

Хрубль осторожно встал на ноги и проверил состояние своих конечностей.

А Кута, поудобнее устроившись на доске, на которой лежал, начал рассуждать о том, что им нужно будет делать:

- Сначала нужно отсюда сделать ноги. Но мы так и не узнали, куда этот дядька увез мужа Лаоокомеи, как его там?

- Фалоомей.

- Точно. Но спрашивать их мне что-то совсем не хочется.

И тут доска под мальчиком зашевелилась.

- Эй, что это?

Затем доска приподнялась над землей на длину ладони и замерла, подрагивая.

- Луой, смотри! Я лечу!

Хрбуль сузил глаза и попытался опустить доску, надавив на нее ногой.

Доска легко приземлилась. Он убрал ногу – доска сразу же поднялась на ту же вышину.

- Это же доска от летающего корабля. И она тоже хочет летать. Эй, ты куда?

Кута, перевернувшись на живот, оттолкнулся от земли рукой, и доска прямо вместе с ним быстро заскользила по воздуху. Обрадовавшись, мальчик опустил обе руки и, словно гребущий крокодил, помчался по воздушной глади.

- Луой, догоняй! – донесся его голос до остолбеневшего хрбуля.

И Луою ничего больше не оставалось, как кинуться вслед за своим приятелем, уклоняясь от взмывающих досок и бревен.

Седые равнины

- Юхууу! Уахуууу! Иииия! Йойойойооооо!

Далеко-далеко разносились вопли безумствующего наездника доски, так как слово «скейтборд», а точнее «флайборд», здесь еще не придумали, да и вряд ли придумают. В конце концов, английский язык хоть и завоевал первенство в нашем мире, зато совершенно неизвестен в этом краю.