Пасисяки Пукк

Разве нам не было хорошо всё это время?

— Да, было! Но в свете последних открывшихся событий получается, что я жила не с тобой, Пасисяки, а с совершенно другим человеком!

— Но отвар мне помогает быть счастливее и по-другому смотреть на жизнь…

Последние слова окончательно вывели обычно спокойную Тули из себя:

— То есть ты собираешься лакать свой отвар и дальше?!

— Я сейчас… не готов ответить на твой вопрос.

Тули замолчала на минуту:

— Скажи мне честно, ты любишь меня?.. Ты, Пасисяки Пукк, без отвара в голове, любишь меня?

Пасисяки задёргал ногой и начал вращать глазами.

— Я к тебе… привык…

— «Привык»?! — огрызнулась Тули. — Ты к отвару своему привык!!

На Пасисяки в этот момент стала наваливаться страшная усталость, ему сильно захотелось зевнуть, но он изо всех сил сдержал зёв.

Тули, заметив это, неожиданно для себя схватила бабушкину книгу и с силой швырнула её в Пасисяки, попав ему точно в лоб.

— Психичка! — закричал Пасисяки, хватаясь за ушибленное место.

— Знаешь что, катись ты в болото со своим отваром!!!

Тули, соскочив с дивана, одним прыжком взбежала по лестнице на второй этаж, схватила свою сумку и стала собирать свои вещи. Пасисяки же молча продолжал сидеть в кресле.

Уже направляясь к выходу, она остановилась, посмотрела на Пасисяки, видимо, намереваясь что-то сказать, потом тихонько вздохнула, открыла дверь и вышла из дома.

Пасисяки зевнул во весь рот.

В середине лета издательство «Неновости» переехало в новое двухэтажное здание недалеко от Гран-Пляс, где расположилось на обоих этажах, а также заняло подвальное помещение, заполонив его доверху читательскими письмами, зачастую остававшимися без ответа, и редакционным оборудованием, отслужившим своё. Коллектив, ещё больше сплотившись, пополнился новыми сотрудниками (как молодыми, так и в возрасте).

Пасисяки теперь возглавил, созданный Ткнусем специально для него, отдел по критике; хотя от такого назначения он упирался всеми силами, но Ткнусь был неприступен, как скала, и Пасисяки пришлось согласиться.

Два этажа работали сплочённо и уверенно.

Мэр Бубетон Грануки, ещё больше поседев и сгорбившись, в последнее время стал частым гостем редакции.