Двое из ларца и бабка Ёжка в наставницы

— Тут нет воды, — одними губами, чувствуя, как кровь отступает от лица, прошептала я.

— И что? — не сразу понял весь мой ужас Тим.

— Если это граничащий с сиренами рынок, как они сюда попадали? Тут нет воды, Тим! Источника моей магии, даже в воздухе её нет!

Тимофей растерянно огляделся по сторонам, прошелся вдоль пепелища и потыкал землю носком ботинка. Затем вернулся ко мне:

— Видишь, там земля уходит вниз? — я кивнула, — это каналы, которые позволяли русалкам перемещаться по рынку и ставить свои торговые палатки.

Из пепелища вновь раздались стоны, отрывая нас от новой проблемы. Похищение Кирилла, пожар. Всё, чему я училась последнюю неделю, можно было растоптать и выкинуть. Вот я вновь стою той слабой, беззащитной девочкой, которая с трудом может справиться с простым заклинанием, а её резерва хватит всего на несколько чуть более мощных. Вся моя сила, магия сирен, то, на что мы делали ставку, больше не работает, блокированная одним простым движением.

— Кирилл! — теряя уверенность, крикнула я, а Тим нервно схватил меня за руку, в явном порыве заткнуть мне рот. Я отмахнулась, скрываться не имело смысла - источника магии тут нет. Неожиданно стоны прервались и реагируя на мой крик из кучи пепла послышалось шипение, превращающееся в что-то наподобие «Криссссс».

Стоило моему имени разнестись по округе, как я забыла о любой осторожности, о том, что моя магия практически не действует, и прорываясь сквозь жар, кинулась вперед.

— Крис, стой! — за спиной раздался отчаянный крик Тимофея, не успевшего задержать меня. Я пробиралась по углям, не обращая внимания на боль, в попытках выставить щиты, чтобы не сжечь ноги, но они не выдерживали и лопались, как мыльные пузыри, лишь касаясь красных углей. Добежала до обрушившихся, почерневших бревен, откуда слышался стон.

Ещё один щит на руки, и отчаянная попытка разобрать завал. Хлопок - и щит рассыпается, обжигая ладони.

— Отойди, — скомандовал подоспевший Тим, на бегу плетя сложное для меня заклинание левитации. Облегченные брёвна рывком отлетали, рассыпаясь, а перед нами остался лежать Кирилл в обгоревших клочьях одежды, свернувшийся калачиком, обессиленный, лишённый магического резерва. Видимо, он сдерживал обрушившееся здание из последних сил, тратя последние капли резерва.