Двое из ларца и бабка Ёжка в наставницы

Вырваться не получалось, руки сильнее сжимались на талии, в глазах парня сверкали похотливые огоньки.

— Руки от нее убери, — неожиданно по бокам от нас возникли мои спасители. Аркашу это, к слову, ничуть не смутило, и он даже не подумал отдергивать руки.

— С чего бы, — с вызовом поинтересовался он, — девушка дала согласие со мной потанцевать.

— Руки убрал, — Кирилл подхватил меня за талию, оттаскивая от неожиданного соперника. Он, правда, сдаваться не собирался, продолжая держать мою хрупкую персону в лапах, заставляя поморщиться от больно сжавших талию пальцев.

— Она танцует со мной, — не сдавался одногруппник. — Пока вы, два остолопа, решаете, кому она достанется, её увели. Вы опоздали.

У меня аж дыхание сперло от возмущения - я не вещь, чтобы кому-то доставаться. Скрипнув зубами от злости, я со всей подвластной мне силой вновь опустила каблук на ногу внезапного ухажера. Лицо парня перекосилось, руки разжались, и, сматерившись, он совершил самую большую ошибку в своей жизни: замахнулся, чтобы ударить меня в отместку.

Тим с Кирюхой сработали мгновенно, заломав обидчику руки за спину, и в мгновение ока телепортировались из зала на улицу.

— Тварь, шлюха!— шипел Аркаша, и была бы возможность, плевался бы ядом.

Первый удар прилетел парню в живот, заставив упасть на колени. Я даже ахнула - так неожиданно это случилось. Глаза друзей светились от ярости тусклым желтоватым светом. Они наносили один удар за другим, а я стояла, не в силах пошевелиться.

Сейчас, под серебристым светом луны, разъяренные, работающие как одно целое. Они были одним целым. Я с ужасом наблюдала за друзьями, ошарашенная собственным открытием: их нельзя разделить, нельзя любить или ненавидеть одного. Тимофей и Кирилл - не братья, они часть одного целого, разделенного когда-то давным давно.

— Остановитесь, хватит, вы убьете его, — всхлипнув, взмолилась я. Парень лежал на траве, не в силах подняться, но братья вновь и вновь заставляли его встать на ноги, — прекратите!

Я крикнула, собрав все свои силы, не ожидая результата, но не в силах больше на это смотреть.

Я просто хотела всё это прекратить. Убежать от собственного открытия. Спрятаться.

— Кристина, — удивленно обернулись ко мне братья, словно забыли обо мне.

Тяжело дыша они сделали шаг мне навстречу, а я отступала назад. Ещё шаг, ещё и ещё. Я не хотела видеть их лиц, перекошенных от ярости. Их, способных просто уничтожить своего врага. Не успела.