Двое из ларца и бабка Ёжка в наставницы

Меня никто не торопит, ни к чему не склоняет и, в конце-то концов, я в волшебном мире, где такие вещи вполне обычны, и меня за них никто корить не будет. А потом разом нахлынули все остальные чувства, и я утонула от неожиданности.

Сначала в нос ударил запах. Такой теплый, домашний, и на удивление родной и привычный. Я потянулась, зарываясь лицом глубже, желая погрузиться в это тепло целиком. Неожиданно теплое и уютное зашевелилось, накрывая меня руками, прижимая сильнее к груди. Я оторвала голову и наткнулась на черные глаза Кирилла:

— Очнулась? — спросил парень, блаженно, словно кот, улыбаясь.

В глазах Киры читались беспокойство и страх, которые постепенно начали таять. Я кивнула, исподлобья осматривая комнату. Я лежу на Кирюхе, свернувшись калачиком, голова покоится на груди парня. Видимо, он донес меня, безвольно болтающуюся у него на руках, до комнаты, да так и рухнул на кровать вместе со мной. Тимохи, что удивительно, не было. Сознание подсказывало, что перед тем как отключиться, я видела убегающего куда-то парня.

Вновь поднимая глаза, я посмотрела на Киру. Черные глаза парня, не отрываясь, смотрели на меня, руки гладили спину. Казалось, что он боится, будто если отпустит меня, то я пропаду. Нет, не пропаду. Теперь уже наверняка. Я знаю это, как и то, что люблю его. Его и Тимошу, так, словно они часть меня. Ведомая своими чувствами и желаниями, я потянулась к парню и поцеловала - так, как не целовала еще никого и никогда. Глубоко, искренне, по-настоящему, отдавая всю себя без остатка.

Руки Киры скользнули мне под кофту, горячее дыхание обжигало.

Стук в дверь. Такой неожиданный, что я дернулась, отстраняясь. Кирилл не позволил, крепче прижимая к себе, но на стук отозвался:

— Войдите, — крикнул парень, продолжая смотреть мне в глаза. Дверь распахнулась, и в комнату кто-то вошел. Я не видела, продолжая лежать на парне спиной к двери, но слышала шаги, уверенно вошедшие в комнату, — добрый день, Ядвига Анатольевна, добрый день, Карл Иванович.

Сердце заколотилось, румянец прилил к щекам, и я со скоростью света вырвалась из объятий парня, и приняла подобающую студенту позу.

Села, сложив руки на коленях, и потупила взгляд. Ректор поджала губы, сдерживая улыбку, а ее спутник, молодой мужчина, улыбки не сдержал.

— Михайлова, румянец вам к лицу, — произнесла Яга. Я еще больше побагровела, сгорая от стыда, но неожиданно мою руку сжала ладонь Кирилла, а на вторую легла ладонь Тима. Когда только он пришел, я и не заметила.