Однажды в сказку. (Не) Злая королева

А такая красивая была, – раздалось ехидное, и вместо моего измененного облика в зеркале появилась веселая маска.

– Роджер, сейчас не до твоих шуточек. Лучше говори, куда дальше?

Найдя по указаниям Роджера выход на задний двор, надела потертую накидку и покинула лавку. Обойдя дом, вышла на центральную улицу и, сгорбившись, проковыляла мимо охраны, не вызвав у той никакого интереса. Стражников королевы горожане обходили стороной, и вокруг них образовалось свободное пространство. Аккуратно одетые хозяева соседних лавок, лишенные таким образом посетителей, не возмущались и даже не ворчали, стояли молча, переминаясь с ноги на ногу, смиренно ждали, когда королева закончит свои дела и торговля возобновится.

Пройдя несколькими узкими переулками, которые я старалась преодолеть как можно быстрее из опасения, что мне на голову могут вылить ведро каких-нибудь помоев, вышла на еще одну торговую улицу. Внешне она разительно отличалась о той, где остановилась королевская карета. Практически все дома были неказистые, словно бы покосившиеся от времени, местами с незастекленными окнами и едва не отваливающимися ставнями.

Люди, торговавшие здесь, тоже выглядели менее ухоженными. Мясники прямо на улице разделывали туши, в нескольких шагах от них кожевники обрабатывали шкуры, а кузнецы отбивали новые инструменты. Ребятня с перепачканными лицами в залатанных одежках носилась по дороге, выкрикивая призывы навестить ту или иную лавку.

Проковыляв мимо нескольких зданий, я обнаружила нужное, то самое, с вывеской в виде котелка и остроконечной шляпы.

Когда переступила порог, по ушам ударил громкий звон колокольчика, а нос защекотали сотни ароматов засушенных трав и корней. Молодая женщина в черном платье вышла из кладовой и окинула меня неприязненным взглядом. Что-то в ее лице мне показалось знакомым.

– А, снова ты, и снова в новом обличии, – усмехнулась она, подходя ближе. – За чем пришла в этот раз?

«Наверное, узнала меня по накидке, – подумала я, немного обескураженная подобным приветствием.

– Может, все ведьмы такие недружелюбные?»

Придав голосу хрипотцы, чисто ради конспирации, озвучила неприветливой лавочнице необходимые мне ингредиенты. Собрав травы, она сложила их в холщовые мешочки и, протянув мне, сухо озвучила цену:

– Пятнадцать сильберов.

Отсчитав нужную сумму, сбросила травы в магический кошелек, и, не переставая горбиться, поспешила прочь. Возвращаясь обратно к магической лавке, краем уха услышала необычный разговор двух торговок.