Посох в руках, свирель за пазухой 2 Свирель

Я вырвала у него кусок и получила в ответ несчастный, голодный взгляд, пробивающий на жалость. Пришлось делиться, хотя это был уже третий, честно уворованный им ломоть.

Над столом мрачным пологом стояла тишина, которую нарушал лишь приглушенный стук столовых приборов.

Настроение было препаршивым. Липкое ощущение тоски давило на грудь, навевая грустные мысли. Даже Лунг сидел мрачнее главбуха за годовым отчетом. Что уж говорить о эльфе, на лице которого лежала печать мировой скорби. Арвена за столом не было.

— Это не дело, — Ррр ударила ладонью по столу, вызвав возмущенный звон тарелок.

— Так он себя в гроб загонит, и нас заодно.

— Знаю, — Пелагий скривился, — но не рискну подойти к нему. Помощь он не примет.

— И я пас. — поднял ладони наемник. — Даже мне сейчас тошно. Вот думаю, Ррр, почему тебя-то не цепляет?

— Шкура толстая, — орчанка встала. — Пожалуй, поднимусь. Хоть поесть заставлю, а то, кажется, кроме алкоголя в его брюхо больше ничего не попадало.

В голосе Ррр была решимость, словно она собиралась войти в клетку с монстром.

Я представила, как она силком пытается накормить Арвена с ложечки, и меня передернуло. Он такого не позволит, а она не примет возражений – все закончится плохо.

Нужен другой вариант. Положив приборы на тарелку, я подняла на нее глаза:

— А можно я попробую?

Ррр внимательно посмотрела на меня, переглянулась с эльфом, тот слегка качнул головой, соглашаясь с выдвинутым предложением. Орчанка опустилась на место и задумчиво поскребла шею:

— Возможно, это лучший вариант.

По крайней мере, тебе он ничего не сделает. Эй, любезнейший! — крикнула она в сторону открытых дверей, — Сообразите что-нибудь.

— Пока не нужно, — я поднялась со стула,— для начала я просто поговорю с ним.

— Давай, — ответил мне Лунг, удерживая готового броситься за мной Мишша, — но если что — я рядом!

«Рядом он, — думала я поднимаясь по лестнице, медленно переставляя ноги, — И чем ты поможешь? Ты даже с духом справится не мог, куда уж тебе тягаться с Арвеном?»

Я замерла у дверей комнаты, за которой скрывался маг.

Оттуда не доносилось ни звука, но в моей груди появилось тяжелые нотки горечи и бессильной обиды. Осторожно я прикоснулась к ручке, в душу закралась неуверенность. А если, и правда, убьет? Он же сказал никому не соваться. Я тряхнула головой. Да нет. Додумался же он отправить ко мне слугу, значит, не все так плохо. К тому же, если он начнет швыряться магией, я единственная, кому это ничем не грозит, а он сможет выплеснуть свою боль.