Сказка про книгу красную

– Здесь курить можно? – спросил Цветик, вынимая из кармана портсигар из неизвестного материала, именуемого в узких кругах пластмассой.

С гравировкой на аглицком. Которая в переводе гласила, что этот предмет произведен в далекой, далекой стране, под красивым названием Чина.

– Нет, – ответил Змей.

– А бычки тогда откуда?

– А они не спрашивали.

– И

– Я их съел. Их давно уже предупреждал мой знакомый змей по кличке Минздрав о том, что это вредно для здоровья. Тем более в присутствии зеленого змия рядом.

– Бывает, – Цветик убрал портсигар, вспоминая, что этот пресловутый змей предупреждал и его.

– Ну и?

– Что «ну и»?

– Тьфу ты, – сплюнул змей, – пришел зачем?

– Честно?

– Честно, честно. Портсигар можешь не доставать.

Богатырь пресек свою попытку достать портсигар.

– Убить тебя пришел.

– О как! – удивился Змей.

– Не «О, как», а выходи змеюшка на бой честный да жестокий! – встал в величественную позу Цветик и сделал паузу, Станиславский отдыхает.

– Да, я, по-моему, давно уж как вышел.

Воин оглядел Горыныча и вздохнул: Это-то все и затрудняет.

– А зачем?

– Что зачем?

– Ты национальности, какой?

– А тебе, зачем моя национальность?

– Да так. Смотрю, ты все на вопрос вопросом стремишься ответить.

– Нормальная у меня национальность. Русский я.

– Да, щас все русские. И с носом горбатым, и с глазами раскосыми. И такие как ты.

– Ты, таких как я, не тронь. Антисемит поганый.

– Ладно, проехали.

– Чего проехали?

– Тьфу ты, – Змей сплюнул еще раз, – так зачем убить то?

– Ну, как же, ты малых деток воруешь, баб да девок портишь, мужиков колотишь почем зря.

– Да вранье это. Баб не насилую, так как физическая, разросшаяся сущность не позволяет. Мужиков не бью, тем паче в «почем зря», так как лапа моя больше тех мужиков и прицелиться в «почем зря» не получается. Деток малых не ворую. Они маленькие, и их, чтоб голод утолить, нужно сотни две как минимум, а где их в таком количестве можно взять к каждому приему пищи не ведаю.

– Хорошо. Но приносишь же урон хозяйству сельскому? От этого отпираться не станешь?

– А чего отпираться? Наношу. А чего делать то? Вы ж под поля все распахали, кукурузой долины засеяли. Олени да туры перевелись. Вот и приходиться кормится коровами, да лошадьми с овцами.

– А колодцы, зачем опустошаешь?

– Да не опустошаю. А пью я из них. Мои три глотка, вот и весь колодец.