Будни, праздники, радости

Павлин сидел в клетке и помалкивал. Следователь по особо тяжким преступлениям Дарина Вишневецкая пила чай в летней беседке и читала документы в ноутбуке — все-таки взяла работу на дом. Председатель общины дядя Ромуальд разогревал масло в сковороде, чтобы пожарить «хворост» для охотников.

А Виктория раскладывала варенье по банкам половником, тихо радуясь тому, что ей удалось избавиться от мыши и сохранить такой чудесный баллон — антикварный, крепкий и почти не поцарапанный.

«Ох уж этот Ромуальд! — мысленно ворчала она.

— Все бы ему выбрасывать! А в следующем году малина опять уродится, и что? Волков без варенья оставлять? Мот и транжира! Совсем о Гвидоновых волках не думает! А они такие молодцы. Хорошо кушают малиновое варенье».

Тыквенное желе

— Как у вас дела? — спросила Дарина, входя на кухню. — Светлана, как ты себя вела?

Мордочка мелкой шолчицы и до этого была невеселой, а после вопроса матери стала совсем унылой.

— Она испортила праздник! — полотенце хлопнуло по столу. — Полюбуйся! Я сварила тыквенное желе, разлила по стаканам, оставила остывать, и ненадолго вышла из дома.

А она высыпала в каждый стакан по жмене семечек, которые я положила на просушку! Когда я вернулась, желе уже остыло, чуть прихватилось от сквозняка и помутнело. Перецедить не получится. Греть, чтобы перецедить, бессмысленно, оно потом не застынет. И помутнеет еще сильнее. Готового тыквенного пюре у меня нет. А вечером надо нести стаканы к Дереву Урожая. И что? Идти с пустыми руками? Что скажут соседи?

— Светланочка, как тебе не стыдно! — проговорил Гвидон, вошедший вслед за Дариной.

— Зачем ты испортила желе?

— Ой, не надо устраивать трагедию, — благодушно сказала Дарина. — Ну, насыпала. Семечки не червяки, ничего страшного.

— И, главное, тут же сбежала, перекинулась и теперь отмалчивается!

— Светлана, — нахмурился Гвидон. — Превратись и извинись перед бабушкой!

— Чего вы пристали к ребенку? Пусть ходит на лапах, — Дарина открыла холодильник, осмотрела содержимое, спросила. — А без тыквы что-нибудь есть? Тыкву не могу, меня от нее тошнит.

— Возьми маринованный кабачок с хлебом, — предложила мама. — Я бы пожарила тебе отбивную, но не могу — надо срочно готовить желе. Гвидон, мой руки и налей себе тарелку супа. Придется тебе есть за себя и за Дарину, суп тыквенный.

— Я съем, — заверил Гвидон. — Светланочка, надо извиниться перед бабушкой. Иди в свою комнату, превратись и оденься.

— Гвидон, почему ты сегодня такой нудный? — удивилась Дарина. — Не цепляйся по мелочам.