Между ангелом и бесом 1

- начал было Бенедикт, но тут открылась дверь.

Стражники пропустили внутрь посетителей, которые вошли и остановились. Возглавлял делегацию высокий темнокожий мужчина с большим животом, который колыхался над красными бархатными шароварами. Его плечи прикрывала коротенькая безрукавка. На круглом лице выдавался вперед огромный нос с очень крутой горбинкой, над маленькими черными глазками нависали густые брови.

Позади него топтались трое мужчин поменьше и ростом, и объемом, тоже разнаряженные, как павлины.

- С чем пожаловали? - грозно спросил Гуча, сразу взяв инициативу в свои руки.

- С подарками.- Из-за спины гиганта вынырнул толстенький коротышка с блюдом в руках.

- На кой нам ваши подарки? - проворчал Самсон, вытирая жирные пальцы о штаны.

- В знак почтения и как свидетельство искренней любви, о новички.- Толстячок подобострастно улыбнулся и протянул гостинец. Ангел, по своему обыкновению ставивший вежливость на первое место, потянулся было за подарком, но черт шлепнул его по ладоням, а вор, дернув за шитый золотом кафтан, усадил на место.

- Вах! Зачем вы, дарагие, зачем нехорошее думаете, а? Мы теперь как братья! Совсем родственники! Кто, как не родственник, убережет от ошибок, утешит в печали, удовлетворит в постели?

Черт встал, медленно подошел к братьям по гарему, внимательно осмотрел их, потом взял с блюда один персик. Гости затаили дыхание.

Гуча подкинул спелый плод вверх, поймал его и подкинул снова. Гаремные мужики, словно дрессированные крысы, поднимали и опускали головы, следя за полетом персика. В их глазах светилась такая надежда, что даже наивный Бенедикт понял, в чем дело.

- Пакушай, дарагой, не обижай,- не выдержал кто-то из гостей.

- Абычай такой, восточный, - поддержал его толстый,- угощать гостей! Скушайте!

- Хороший «абычай», полезный: и правила соблюдаются, и конкуренты мрут, как мухи.

- Что ты, что ты?! Это кощунство - съесть плод, подаренный новичку,- забормотал, бледнея, толстяк, но черт затолкал персик ему в рот.

Все это произошло на глазах у ошарашенной публики за какие-то секунды, никто даже шевельнуться не успел.

Толстяк выплюнул персик на пол, но было поздно - его перекосило, он захрипел, схватился за горло, посинел и рухнул на ковер.