О бедном вампире замолвите слово

И только когда дверь за ним закрылась, уборщица воскликнула:

— Ну вылитый дятел Вуди! Как есть он самый! — пробормотала она, вспомнив, что вчера правнук смотрел именно этот мультфильм. — Примета плохая — дятлов видеть, точно день не заладится… Пойду домой… Да и то правильно, затопчут в такой толпе и не заметют.

Она вошла в дом, дошла до дверей в конце коридора. За ними находилась небольшая кладовка, именно оттуда сегодня выскочил «конь древнягреческай». Распахнув двери, старушка поставила в уголок совок, веник и достала сумку.

Вытащила из нее литровую бутылку водки, налила в большой граненый стакан, поставила на пол кладовки рядом с небольшой горкой камней размером крупнее куриного яйца. Потом в мисочку наложила грибов, а бутылку, закрыв пробкой, убрала обратно в сумку.

— Ех, нет порядков тута. То домовой камней натаскает, то кони древнягреческаи скачут. Вот чего я на поетов оскорбилась? Ить не они конягу надыбали, а домовой коня в шкаф запихал, как есть он. Обиделся, болезный, что я ему еды в прошлый раз не оставила, вот и чудит, — разговаривала баба Нюся сама с собой.

— А в следующий раз есчо кого хуже подсунет.

Она собрала камни в ведро и уже собралась выйти на улицу, чтобы, как это делала обычно, выбросить их в мусорный контейнер, но остановилась. Над ее головой, на втором этаже дома, кто-то быстро и громко печатал шаги, с потолка сыпалась штукатурка.

— Как есть дятел, и ногами стучит, аж штукатурка сыпется, — пробормотала старушка и перекрестилась. — А я убирай. А зарплату не платют, совсем не платют.

Дятлом баба Нюся назвала доктора Груздева, он же Жоржик, он же агент Груздь. Георгий Сильвестрович принял во временное пользование ключи от кабинета номер четырнадцать, заранее подготовленного для выдвинутой задачи. Подготовка заключалась в том, что, подгадав, когда поэтов в кабинете не было, ребята из отдела полковника Репнина вырезали кусок перегородки меж помещениями. Со стороны Груздева дыра была замаскирована зеркалом, а у поэтов аккуратненько заклеена обоями.

И хотя в библиотеке Объединения поэтов Алтая у стены, закрывая отверстие, стоял стеллаж с книгами, слышимость была прекрасная. Груздев усмехнулся: о том, что такое обратная связь ни полковник Репнин, ни его ретивые подчиненные, видимо, никогда не слышали. Каждый громкий звук, имевший место быть в его кабинете, будет слышен у поэтов, а уж о том, чтобы поговорить в кабинете номер четырнадцать, не могло быть и речи!

Груздев оглядел комнату и хмыкнул.