Старая контра

— Так чего же ты всё-таки хочешь? Вернуть прошлое? Это невозможно, да ты и сам прекрасно всё понимаешь.

— Ты, наверное, сейчас подумаешь, что я спятил... Я не знаю, чего хочу. Задолбало всё по-страшному...

— Стареешь... — Громила покачал головой.

Ёкарный Глаз вполголоса выдал длинную непристойную тираду и замолчал, уставившись в пространство неподвижным взглядом. Гориллоид задумчиво побарабанил пальцами по столу.

—Ну ладно, Изенгрим... Ты сейчас дал мне пищу для размышлений. Знаешь что? Постарайся продержаться еще недельку-другую; возможно, наклюнется работёнка по твоей части.

— Что значит — по моей части? — поднял бровь Фракомбрасс. — Хотите грабануть кого-нибудь?

— Ну-у... Я бы назвал это экспроприацией, — ухмыльнулся Громила. — Дело обезьянского объединения требует постоянного вливания денежных средств...

— Вот это по мне! — расплылся в улыбке Ёкарный Глаз. — Что будем брать? Ты же у нас парень с размахом, верно? Если я хоть немного понимаю в обезьянцах, меньше чем на Первый Бэбилонский ты не согласен!

— Ошибаешься, — усмехнулся гориллоид.

— Мой опыт, верно... — мечтательно произнёс пират. — Главное — понаглее, не чикаться там...

— А сейчас давай займёмся насущными проблемами. Из тебя уже НЕ получилось разнорабочего, мойщика стёкол, разносчика пиццы...

Фракомбрасс ухмыльнулся.

— Ох, зря тот очкарик обругал мою пиццу.

— ...Уличного торговца, официанта и курьера в офисе, — продолжал перечислять гориллоид. — Что там следующее?

Пират вытащил из кармана многократно сложенный газетный лист и принялся водить пальцем по мятой странице.

— Человек-цыплёнок, ходячая реклама перед рестораном «Мистерия». Гм... Человек?

— Думаю, обезьянец им тоже подойдёт, — заметил Громила; потом представил себе, какое впечатление должен произвести на Фракомбрасса его будущий рабочий костюм, и с сомнением покачал головой.

— Посмотрю, пожалуй, — вздохнул Ёкарный Глаз. — Что ещё за цыплёнок...

Глава 9

Мышильда Колбаскина раскачивалась на скрипучем стуле, задумчиво уставившись в карты — разумеется, таро, как и у всякой уважающей себя ведьмы. Пасьянс «Могила Великих» упорно не желал сходиться — и это её раздражало. Словно бы где-то затесалась лишняя карта, никак не даваясь взгляду... Она перемешала засаленные картинки и взглянула на будильник.