Старая контра

— А то! — хмыкнул каюкер. — В Биг Бэби даже песенка такая есть: «затопил нас Мардехай, хоть ложись да подыхай». Великий Маг Мардух и есть тот самый кекс, который обожает заливать соседей... В континентальном, так сказать, масштабе!

— Я бы попросил! — Иерофант оскорблённо выпятил губу.

Каюкер непонимающе нахмурился. Спустя миг до него дошло...

— Так Мардух — это ты?!!

—Э... Ну да. Только я не люблю, когда меня так называют. Эта дурацкая кличка у меня ещё со школьных времён... Так вот, юноша: я действительно занимаюсь крупномасштабными проектами; и если бы всё шло, как положено, никаких особых бед не случилось бы.

Дело в том, что в нашем мире с давних пор существуют два величайших бормотологических артефакта, созданных некогда разумом столь же великим, сколь и таинственным. Это волшебные палочки, дающие непосредственную власть над живой и мёртвой материей — заветная мечта бормотологов всех времён и народов. Белая позволяет творить чудеса с живыми организмами, а чёрная совершает изменения в косной природе. С её-то помощью я и поднял воды из глубин земли, надеясь остановить процесс спустя должное время. Но — увы! Похититель умыкнул сей уникальный инструмент, поставив меня в крайне неловкое положение.

— Почему ты рассказываешь мне такие вещи? — спросил Иннот после долгой паузы. — Уж это — как пить дать самая страшная тайна! Такое могущество...

— Вовсе нет... Дело в том, что обычный человек, да и волшебник тоже, если только он не Великий Маг, попросту не может воспользоваться этим инструментом.

Мозг не выдержит, понимаешь? Это всё равно, как если бы слабенькую лампочку ввернули в патрон и подали напряжение раз в десять выше номинального. Надеюсь, в электричестве ты разбираешься — ведь ты и сам в некотором роде...

— Ясен пень! Но зачем же тогда Шамполамо похитил её?

Иерофант пожал плечами.

— А кто его знает! Могу сказать одно — если бы он активировал её, то превратился бы в буйного психа или слюнявого идиота раньше, чем смог бы что-либо сделать.

— Значит, одна из этих палочек до сих пор хранится у вас? — заинтересовался Иннот. — А можно взглянуть на этакое чудо?

— Можно, почему бы и нет... Пойдём.

Иерофант провёл каюкера по коридорам, в этот час пустынным — у метеорологов был разгар утренней тренировки. У одной из дверей, на вид ничем не отличающейся от других, старец остановился.

— Вы бы хоть таблички повесили! — посоветовал каюкер.