Сказка о счастливом монстре

Почти — это для людей, а для меня все происходило с пугающей скоростью, спать стало невозможно от приятной щекотки непрерывно делившихся клеток.

Уже к середине лета меня стало так много, что бока складками листьев свисали по сторонам горшка, воздушные корни расползлись щупальцами до входной двери и хозяева в очередной раз задумчиво застыли над «семейным достоянием».

— Будем оперировать, — постановил Алекс и притащил огромный пластиковый ящик из-под какой-то строительной дряни.

Моя притихшая за несколько месяцев покоя паранойя резко вскинула голову и зашипела.

С людьми не расслабишься.

— Пересадим? — уточнила Катя, сцепив руки под округлившимся животом. — Это ты правильно придумал!

Алекс, кряхтя от натуги, потянул меня вместе с землей из моего домика.

«Грехи мои тяжкие», — мысленно перекрестилась я.

Огромный ком спутанных корней вынырнул на свежий воздух и Алекс, не удержав, плюхнул его наземь. Меня расчленило надвое.

— А-а-а! — взвыла я.

— О-о-о! — радостно воскликнула Катя. — Теперь у нас две монстеры!

«Да чтоб вас, больно-то как!», — подумала я и вдруг обнаружила рядом на земле волшебное видение.

Пышное, фигуристое, с резными изящными листьями. Я отпочковалась? Значит, я тоже так же прекрасна?!

Алекс, чертыхаясь себе под нос, отряхнулся от земли и пересадил нас — меня и моего… клона? Мне достался новый ящик, а более субтильному клону — мой прежний горшок.

Я забыла даже про боль, рассматривая двойника, стоявшего теперь рядом со мной у стены дома. После экзекуции мы оба еще слабы, но я уже знаю, что пошла бы на это вновь, если бы потребовалось.

Он такой прелестный и слово «клон» ему не подходит. И я больше не одна.

Я буду звать его «Малой».

Погоды в сентябре стояли великолепные. Мы с Малым не скучали, с утра до вечера обсуждая соседей: гнездо ласточек под крышей, откуда на нас пытались пикировать едва оперившиеся наглые юнцы, беспардонную вьющуюся розу, что хамски заплела ствол терпеливой оливы.

Иногда через открытое окно мы, не стесняясь, подслушивали людские разговоры.

Катя, вразвалочку передвигаясь по дому и придерживая огромный живот, радостно рассказывала Алексу, что ее картины в галерее проданы и уже есть заказы на новые. Алекс выписывал в столбик всё заработанное тяжким малярным трудом и смотрел обьявления о продаже недвижимости.

А потом вдруг они засуетились, забегали и срочно куда-то уехали.

Алекс вернулся поздно вечером. Один.

Мы с Малым провели скверную ночь, гадая, что случилось.