Сказка наяву.

- Пол часа роли не сыграют!

- Каждая минута на счету!

- Мы все равно не знаем, как отсюда выбраться!

- Нам нужно спасти Оксану!

- Кгхм...- в наш с Эльриком диалог учтиво влезла третья сторона,. Мы с Эльриком разом замолчали и посмотрели на озадаченного Сайгрена,- Прошу прощения, что вмешиваюсь в ваш такой бурный спор, но не посвятите ли меня, в чем проблема. И предупреждая все ваши переживания насчет этикета, друг мой, хочу заверить тебя, что срочные вопросы можно обсудить и трапезничая. А судя по тому, что твоя спутница явно взволнована, то дело, которое вас привело сюда, действительно срочное.

Расскажите мне, что случилось.

Я незаметно показала эльфу язык. Оказалось, что не очень незаметно. И Сирина, и Эл обреченно покачали головами, а его величество улыбнулся:

- Какая великолепная, совершенно по-детски непосредственная женщина! Эльрик, тебе, несомненно, повезло с такой спутницей! Был бы я на пару веков помоложе и не заперт в этом треклятом замке, то обязательно бы на ней женился!

Я смущенно покраснела, Сирина тихонько захихикала, а Эл даже вилку выронил от удивления.

Король же, совершенно не обративший никакого внимания на нашу реакцию, спросил:

- Так в чем же ваша проблема? Что случилось?

Я вопросительно посмотрела на эльфа, тот слегка кивнул в ответ и следующие пол часа я рассказывала королю Сайгрену о моих... наших приключениях. Естественно, Сирина с Эльриком поочередно меня перебивали, дополняя мой рассказ все новыми и новыми подробностями. Его царское величество слушал нас, открыв рот от удивления.

Ну, образно говоря, конечно. Но слушал очень внимательно. А после моих слов: "И вот мы здесь", восхищенно покачал головой.

- Вот это да! И не верится даже, что с вами все это на самом деле произошло. Ну что я могу вам сказать насчет Эллиота? Принца еще нет, но он вот-вот должен вернуться. Я думаю, что он согласится вам помочь. Хотя бы ради того, чтобы еще раз увидеть Ренну. Он до сих пор не теряет надежды ее оживить.

В комнате повисло неловкое молчание.

Я задумчиво ковыряла какие-то странного вида листья, сиротливо оставшиеся лежать у меня в тарелке. Сайгрен хотел защитить свое единственное дитя, думая, что на того напала чудовище, и тем самым не только лишил сына любви всей его жизни, но и обрек себя и весь замок на страдания длинною в несколько веков. Еще и Эллиот, скорей всего, винит своего отца в том, что потерял возможность быть с Ренной. Как же ему, должно быть, невероятно тяжело.