Шпион, выйди вон. Книга I. Черная Дыра

— Внешне все выглядит вполне пристойно и логично, — говорили лучшие аналитические умы планеты. — СССР выполнил свою миссию, может отдохнуть и подумать уже о своем народе, пора немножко на благо мира поработать и другим. При слове — «другим», как правило, делалась многозначительная пауза, и всем, вроде бы, было понятно: чья сейчас очередь гибнуть на полях сражений и за что.

Всем, но не ГРУшам. Эти почему-то на всех этажах своего Аквариума вывесили один и тот же плакат со словами: «Внешность бывает обманчива, как сказал ёжик, слезая с половой щетки», и с упорством достойным только загадочной русской души продолжали делать свое дело.

Их даже не смутил неожиданный и стремительный, как удар кинжала, налет Рейгана, который весной 1985 года лично с толпой корреспондентов посетил «Стекло» и, пожимая руку Петру Великому, как уважительно тогда называли шефа военной разведки, хитровато улыбаясь, сказал: — Сталин капут, что было тут же переведено его помощником на русский язык как — «Замаскированный командный пункт — взят».

Один плакат (с этажа, где находился кабинет Петра Ивановича Ивашутина ) мгновенно исчез. В течение всей следующей недели в воздухе висела какая-то напряженность и недосказанность. Почему-то опять в разговорах, то тут, то там, начали вспоминать тот нелепейший случай, когда в одном из парков Москвы на гранате Ф-1 подорвался полковник ГРУ. В официальной версии тогда значилось: — Нашел гранату, положил её за пазуху и решил отнести в отделение милиции, сдать.

В Москве недоумевали: — Как же это? Полковник и так неаккуратно с гранатой, не повезло, наверное, старая оказалась граната или служил в пожарных частях, проспал всё на свете.

В «Стекле» же в те годы, даже в курилках, говорить об этом, было строго настрого запрещено. Табу. Лишь только один раз старый седой капраз, увидев немой вопрос в умоляющем взгляде желторотого лейтенанта, бросил как бы в сторону: — Один ноль. Пока, сынок, к сожалению, не в нашу пользу, — при этом он почему-то посмотрел на ботинки лейтенанта.

Стажёр, опустив взгляд, заметил, что шнурок левого ботинка у него развязан.— Что это было? Ответ на мой молчаливый вопрос или подсказка со шнурком? — начал размышлять летёха, поправляя туалет. И, вдруг, он ощутил внутренний толчок, почувствовав, как какая-то неведомая сила помогает ему обрести спокойствие и уверенность.

...

В общем жизнь текла, казалось бы, своим чередом.