Не буди Лешего

Долго, яростно, вгрызаясь топорами и мечами в плоть, ломая друг другу кости. Много крови приняла в себя наша земля. Красной и влажной стала почва. И казалось, нет конца этой битве, а всё же замаячила впереди надежда.

Всё больше нежити согнали мы в силки. Всё больше пришлых людей полегло из чужой дружины, из вражеского войска. Всё меньше и меньше оставалось тех, кто охранял их колдунов и главного колдуна. А всю нечисть вокруг врага мы перерубили.

Мара много надежды возлагала на людскую дружину. По её словам – того человека должен убить человек.

От любой нежити он заговоренный.

Я следил за тем, как медленно, но верно, подбирается к Колдуну Радимир. Шёл он по чужим телам, срубая головы, уверенно, неотвратимо, грозный и тёмный, как гора. Дружина их яростно помогала. Времени оставалось мало.

Отлучался на время Горян, отлучалась и Мара – летали они посмотреть, держится ли там Рада? Обещали, что будут заглядывать и заглянули. Только я и Кощей не были. Заняты мы здесь. Держим сеть.

– Алёша, ты как, держишься? – Кощей спросил.

– Не знаю, – я ответил. – Уже не чувствую тела. Один огонь по жилам течёт.

Леса сгорело много. Стояли мы на хрустком слое горячих углей и пепла.

– Не доберутся люди до Колдуна… – Кощей помотал головой. – Надо его отвлечь посильнее, заставить за нежитью своей следить. Пора взрыв устраивать.

– А закончится всё, как голова Колдуна с плеч падёт? – спросил я.

– Нет, то вряд ли, – Кощей призадумался. – Такая мясорубка запущена. В один момент по отсутствию повеления она не остановится.

Нежить своей волей обладает многая. И нежить эта обезумела. Даже если Колдуна их убьём, тут же ещё хуже станет – получим свору его неуправляемую.

– Под свой контроль не возьмёшь? – спросил я.

– Уже нет. Я ослаб, их много. Да и настроены они убить меня, а не служить мне. А сейчас я эту волю их не передавлю.

– Взрывать всё пора здесь! – подбежала Мара. – Оно и Колдуна отвлечёт. Радимир почти к нему подобрался. Да и силки не выдержат больше. И вы оба помрёте.

– Нас взрыв убьёт, – спокойно ответил Кощей.

– Видел я одну смерть, а, видать, будет две.

– Не будет, – огрызнулась Мара. – Что за настроения упаднические? Стоите пока, держитесь? Вот и продержитесь ещё немного! Сейчас Горян подлетит, разгонит крылами огонь. Ты, Кощеюшка, последнюю волну создашь. И одним махом спалим всю нежить!

– Нельзя! – прокричал сверху Горян, приземляясь. Плохо сел он, упал на брюхо. Мощных хвостом смахнул нечисть. Подполз к нам.

– Сердце леса горит. Леший помрёт.