Путь в Сэльму

Да и мельница в полной боеготовности, только вот Вир не суется туда, - с упреком покосилась Хэльга на своего мужа.

- Но там крысы! – запротестовал Вир, - Огромные волосатые мерзкие крысы. Таких жирных крыс я еще не видывал, они запросто человека загрызут!

- Обычные болотные крысы, таких на ближайшем болоте в лесу полно, оттуда они к нам и забегают в гости, - сказала Хэльга, - Что же, нам теперь голодать и бедствовать, ждать, когда они сами уйдут? Был бы ты посмелее, давно бы их выгнал или нашел способ решения этой напасти.

- Эти гнусные твари вчера загрызли деревенского козленка! На моих глазах! Даже рога обгрызли.

- Но ты же не козленок.

- У меня знакомый был, в Желтостепье, близ Шелиграда, - как всегда воодушевленно стал рассказывать Мирон, допивая квас из деревянной кружки, - Он держал крыс прямо у себя дома в безмерном количестве. Кормил их, ухаживал и даже расчесывал. А потом жарил и ел. Друзей, конечно, у него не было.

- Вот пусть твой знакомый и забирает наших крыс, - сказала Хэльга, - У нас и своего скота полно, помимо них.

- Я могу вам помочь с изгнанием этих крыс, - сказал Луд.

Когда его сытно и вкусно кормили, в нем просыпалось благородство и желание быть героем, хотя в обычном настроении такого не наблюдалось.

- Я все же кое-чему обучен, и мне приходилось справляться в своей жизни с куда более отвратительными исчадиями, - гордо сказал он, - Я очищу вашу мельницу от крыс. Недаром в столице меня называют Хладнокровным Испепелителем.

По правде, это прозвище Луд придумал себе сам, а Владыка Мерзослав уже потом подхватил.

- Звучит очень испепеляюще! Но вы же торопитесь, нам неудобно задерживать такого знатного гостя из столицы ради такого пустякового дела, - сказала Хэльга, подливая квас в кружку Луда, - Нам очень неудобно!

- Верно замечено – пустяковое дело. Солнце не успеет сесть, как я выпну этих гаденышей обратно на болото.

Трапеза как раз закончилась, и они вчетвером вышли из дома. Во дворе бегали куры, гуси, утята и поросята, а все вместе они создавали непрекращающийся гул, который, впрочем, весьма оживлял и не надоедал.

Луд, переполненный гордостью, направился сразу в сторону мельницы, но дорогу ему перекрыл одинокий жирный гусь. Гусь был упитан, имел важный вид и, когда Луд стал подходить, стал злобного шипеть на него, вытягивая длинную белую шею.

Луд остановился, так как с детства боялся гусей. «Что же они подумают обо мне, если я даже гуся простого испугался? А еще полез крыс истреблять» - подумал он.