Ассоциативные безобразия

Ведь вся наша жизнь это случай, не так ли?

Меж тем иногда мне казалось, что поскольку я веду себя хорошо, то и голова на меня больше не сердится, и я могу теперь смотреть на неё без страха. В те часы у меня внутри колотилось... может она САМА расскажет мне всё? Я ходила кругами, заглядывала ей в глаза, подолгу сидела в гостиной и ждала, но бесполезно. Заяц молчал как мертвый. И только когда мой взгляд падал на его шрам, мне становилось особенно не по себе. Ведь шрам этот сам являл собой отдельную тайну! Он был знак! а знак в случае с тайной это вообще, как Африка! Только слышала, что она есть и всё, привет! Но чем дольше я думала и чем без результатнее, тем более я нагревалась в желании раскрыть дело.

Я сжималась в пружину. Я не знала сколько во мне витков, но помнила, сколько бы их не было а… И уже ждала, уже ёрзала в ожидании первых шагов к сокровищу.

Как я уже говорила вам, я искала кончик ниточки, что-то общее между этими случайностями, кроме их молчания. И я нашела! Небо! Это было небо! Я так обрадовалась первому успеху, что даже думала, что это и есть ответ на мои вопросы.

Но увы и ах, это был поспешный вывод. Вскоре я поняла, что моя ниточка не желает тянуться и стала в свою очередь еще одной тайной. Когда я это поняла, то чуть не заплакала от досады, и хотела было в припадке отчаяния всё бросить. Но поняла, что в этом случае не я бросаю, а бросают меня.

Я ощутила себя придавленной к седлу моей кобылицы. Будто не я, а она держит меня под собой, и её кривая и безжалостно-сострадающая мне лошадиная улыбка, вмиг отрезвила мое самолюбие.

Я во спряла и с новыми силами стала бороться за право знать!

Уже месяц, как я ходила набитая вопросами, словно чучело соломой, и глаза мои были уже похожи на пуговицы.И вот, как-то в один из дней прапрадед сказал моему прадеду при мне:

— Отведешь её туда, пусть посмотрит. — Я поняла, что пружина сжалась до предела.

Я дрожал всем телом и бегала вокруг прадеда, заглядывая в глаза ему, словно щенок мальчику-хозяину.

Но прадед упорно молчал. Я думала, что пружина не выдержит и сломается. Или застрянет навсегда в таком положении и я останусь, со своей неразгаданной тайной. Но день этот наступил и я засияла весенним солнцем.

Рано утром я уже была во дворе с флягой на плече и в длинных сапогах. Прадед взял с собой лишь палку. Он не был хром и настолько стар, палка была для него, ну как советник что ли...