О матерях и сказках

— Легко?! — Возмутилась Клара. — Ее мать нас снова чуть не убила, причем как морально, так и физически.

— Протестую, — подняла руку Маша, — мама тут ни причем, как и я…

— Атаман, а мы так и будем делать вид, что понимаем, о чем речь?

— Спорить с сумасшедшими себе дороже.

— Да с начала нашего пути, с тобой никуда зайти нельзя! Потому что после визита остается только пепел и развалины!

— Пожар устроила ты, — напомнила Маша. — И чары лешего снимала тоже ты. И даже это заклятие сломала ты, по большому счету.

— Атаман, — Галка посмотрел на свои окровавленные руки. — Давай больше не будем звать их в гости, ну так, на всякий случай.

Рэд засмеялся, и Галка быстро присоединился к нему. Маша и Клара удивленно посмотрели на разбойников, а потом тоже расхохотались.

Глава 36

Долгий и раздражающий звонок вырывает Машу из леса собственных мыслей. Людмила Васильевна закрывает книгу и быстро надиктовывает домашнее задание. Маша делает пометку на правой стороне тетрадного разворота. На левой постепенно появляется очень детализированная иллюстрация к романам Жюля Верна.

Особенно старательно Маша вырисовывает капитана Немо — свою новую любовь. Даже тетрадь закрывать не хочется, не хочется прерываться на переход из класса в класс. Хочется просто сидеть и рисовать, и мечтать. Маша встает и начинает собираться, провожая взглядом одноклассников. Гришка, проходя мимо, бросает свое коронное: «Эй, ехидна» в сторону Маши, но получает в ответ только отрешенный спокойный взгляд. Это заставляет парня остановиться и спросить уже другим тоном.

— Эй, ты тут?

— Да, да, я тебя слышала.

— И? Ничего не ответишь?

— Не до этого. — отмахивается Маша и, подхватывая с парты тетрадь, гордо удаляется из класса. Она давно уже раскусила этот способ. Не можешь избавиться от одной влюбленности, замени ее другой. Книги очень хорошо помогали игнорировать Гришку, каждый новый герой позволял Маше от нескольких недель до нескольких месяцев быть в школе адекватным человеком, а не краснеющей амебой, тихо блеющей перед предметом своих воздыханий.

Как же хорошо любить кого-то далекого. Пусть и не взаимно, зато какой простор для фантазии, какие глубины мироздания можно постичь, путешествуя на «Наутилусе» или рассекая космос на «Золотом сердце». И словно наблюдать из-за приоткрытой двери, восхищаться каждым словом и действием благородного сердца, разделять его боль как свою. Может для настоящей любви и не нужна взаимность? Верность нужна и смелость.