О матерях и сказках

И вообще расскажи уже нормально о себе!

Маша посмотрела на Клару как можно серьезнее и требовательнее. Да, ей не на кого тут больше рассчитывать, но отправляться в путь с человеком, о котором ничего не знаешь, и который в первый же день трижды сказал «я не помню прошлого», может быть плохой идеей. Очень глупой плохой идеей.

— Вспоминай давай. — потребовала Маша, когда Клара молча вздернула подбородок.

Похоже она любое свое незнание скрывала за молчанием. Ну что ж, можно и помолчать, в конце концов, ночь располагает к тишине.

Маша подбросила в костер веток и замахала большим куском коры, отгоняя от себя дым. Клара продолжала молча стоять, только губы ее сжимались все сильнее, а глаза все тревожнее смотрели на небо.

— Я не помню.

— Опять двадцать пять. Ты же сказала, что помнишь Адавара.

— Я знаю, что мы встречались. Смогу узнать его лицо. Но я не помню самой встречи.

— Ладно, забудь про книжника. Расскажи о себе, как ты в лесу оказалась. Как пряталась, какими путями шла? Ты же не появилась из ниоткуда прямо у меня на пути, в угоду замысловатому сюжету.

Глаза Клары вспыхнули гневом.

— Вот уж и не знаю. — процедила она сквозь зубы. — Могла твоя мать учудить такое?

— Какое?

— Помнишь, я сказала, что у меня нет предыстории? Ее будто придумали, но забыли прописать. Я знаю, кто я. Знаю, что брожу по миру, избегая героев и проблем. Знаю, что видела Рута. Знаю, что этот мир из себя представляет и ничего не жду от большинства его жителей. Знаю, как найти Дедушку Счастье. Я даже знаю, о Дальнем Береге, где устроил свой дворец тот, кого ты назвала Богом.

Знаю, что слабое звено может разбить цепь и знаю, как бить ножом. Но откуда я это знаю?! Вот чего я не помню!

Клара схватилась за голову и опустилась на колени. Она плакала. В свете огня мокрые дорожки блестели на ее щеках, но женщина изо всех сил сдерживала рыдания.

— Я не думала об этом, пока ты не появилась! Не замечала. Из меня будто вырвали кусок, размером со всю меня! Только имя и осталось... За что?! — Взвывала она.

А потом вскочила и все-таки бросилась на Машу.

Девушка успела только пискнуть, а уже Клара уже подняла ее за грудки и начала трясти, выплевывая в лицо отдельные слова:

— Как. Можно. Было. Создать. Такого. Ущербного. Персонажа. За что?!

У Маши начала кружиться голова. Мир расплылся и глаза стали закрываться. Клара вдруг затихла и замерла, продолжая удерживать Машу в руках.

— Стой.

Но Маша только вздохнула и упала в объятия Клары.

— Твою мать. Похоже дур все-таки две...