О матерях и сказках

Мама на этот вопрос всегда отвечает, что «неполезно» было дать принцессе все в начале пути, ведь она еще не научилась быть сильной. Но Маше все равно казалось это неправильным.

Маша поднимает глаза от книги и чувствует, как сердце начинает сильно-сильно стучать. Перед столом по красному ковру растекается зеленая лужа. Она уронила баночку с краской. Маша отбрасывает книгу, поднимает баночку и с ужасом смотрит на пятно. И что теперь делать? Мама же заметит. Или нет? Может сказать, что оно само? Маша убирает баночку, книгу и отходит от стола.

Весь день она ходит на цыпочках, вздрагивая каждый раз, когда кто-то зовет ее по имени. Но так и не решается сказать про пятно. Мама находит его вечером. Когда краса уже совсем присыхает к ковру. Долго смотрит. На пятно, на Машу.

— Я убиралась и уронила, — оправдывается девочка.

— Почему сразу не сказала? — в мамином голосе нет злости и строгости как днем, только удивление.

Маша пожимает плечами.

— Я не знала, как убрать. Подумала так и будет теперь.

— Это же просто гуашь, она смывается водой.

Мама уходит и вскоре возвращается с тряпкой. Вручает ее Маше и кивает на пятно.

— Убирай.

Маша садится у стола и послушно трет, пока мама ходит по комнате, перекладывая вещи на свой лад.

— Игрушки как валялись, так и валяются, — вздыхает она.

Маша оборачивается и смотрит на ровную вереницу игрушек у стены, на сидящего в грузовике зайца. Не валяются. Стоят, сидят, лежат. Как положено. Но заяц взлетает вверх и отправляется маминой рукой на полку.

— А тут у тебя что?

— Стул.

— Почему на нем столько навешано?

— Удобно.

Спинку стула действительно не видно под одеждой, накинутой вразнобой. В основном там сарафаны и платья, их складывать еще сложнее чем кофты, а вешалки висят высоко. А стул рядом. Но мама начинает разбирать вещи, откидывая их на кровать.

— Ты же не носишь сейчас эти платья. Даже повесить аккуратно не можешь.

— Это в ней Степкина порода, — бабушка стоит в дверях и качает головой. — У того тоже вечно все раскидано, вот так скомкано, — показывает она руками. — и Маша в него, когда только успела научиться. У нас же живет, а у нас везде порядок.

Бабушка внимательно смотрит на Машу. Как-то странно смотрит. Вроде не ругает, но все равно как-то не по себе становится. Неприятно.

— А когда папа приедет, — Маша задает самый безопасный, как ей кажется, вопрос. Мама шумно вздыхает.