Мечи против колдовства. Сага о Фафхрде и Сером Мышелове. Книга 1

Как можно меньше думай сегодня о нашей затее, даже когда будешь к ней готовиться. Старайся спрятать ее за своими обычными мыслями. Я поступлю так же, будь уверена. Дело в том, что моя мать Мора прекрасно умеет читать мысли.

– Опять эта Мора! Твоя милая матушка до такой степени запугала тебя, мой дорогой, что меня так и подмывает послать все это к черту… да не отталкивай же ты меня, погоди! Ты говоришь так, словно она – королева ведьм.

– А она и есть королева ведьм, можешь не сомневаться, – угрюмо подтвердил Фафхрд.

 – Она – громадный белый паук, а Стылые пустоши, как на земле, так и под землей, – ее паутина, по которой мы, маленькие мушки, должны ходить очень осторожно, чтобы к ней не приклеиться. Так я нужен тебе?

– Нужен, нужен! А сейчас…

Фафхрд медленно привлек девушку к себе: так мужчина неторопливо подносит к губам мех с вином, стараясь продлить сладкую муку предвкушения. Тела возлюбленных соприкоснулись. Губы приоткрылись и замерли.

Внезапно Фафхрда буквально пронзила мертвая тишина – наверху, внизу, везде, как будто сама земля затаила дыхание.

Это ему не понравилось.

Возлюбленные поцеловались, они пили друг друга взахлеб, и страх Фафхрда исчез.

Наконец губы их разъединились. Фафхрд протянул руку и пальцами загасил фитиль светильника; в темноте сразу стало видно, как холодное серебро рассвета сочится в щели шатра. Пальцы Фафхрда горели. Он удивился: зачем ему надо было гасить светильник – ведь прежде они любили друг друга при свете? Снова пришел страх.

Но он стиснул Влану в крепком объятии, где для страха уже не оставалось места.

И тут, внезапно – Фафхрд даже сам не сумел бы объяснить почему, – они оба покатились к задней стенке шатра. Вцепившись в плечи девушки и обхватив ногами ее ноги, он перекатывал ее через себя, мгновенно перекатывался через нее сам – тела их так и мелькали.

Раздался громовой треск: можно было подумать, что какой-то великан ударил с размаху кулаком по промерзшей земле, и тут же потолок посередине шатра рухнул на пол, а дуги угрожающе прогнулись, туго натянув кожу.

Фафхрд с Вланой докатились до вешалки, с которой посыпалась одежда. Снова раздался страшный треск, потом что-то захрустело, как будто какое-то немыслимое чудовище отгрызало голову бегемоту. Вздрогнула земля.

Затем вдруг стало тихо, и только в ушах любовников гудело от изумления и страха. Они прижались друг к дружке, словно перепуганные дети.

Первым опомнился Фафхрд.