Мечи Ланкмара. Сага о Фафхрде и Сером Мышелове. Книга 2

Хисвет взяла ее за руку и, заставив девушку спуститься в люк первой, тут же последовала за ней. Прежде чем опустить крышку, она в последний раз осмотрела каюту. Когда ее красноватые глаза остановились на миг на Мышелове, ему показалось, будто лоб и щеки девушки покрыты шелковистой белой шерстью, однако это могло объясняться тем, что сквозь ресницы он видел все расплывчато, а также ее собственными волосами, в беспорядке прилипшими к лицу.

Дверь каюты раскололась, и в каюту въехала толстенная мачта, которая тут же перевернула стол, и стоявшая на нем мебель разлетелась в разные стороны.

Вслед за мачтой в каюту ввалились трое несколько испуганных матросов, за ними вошли Слинур, державший в опущенной руке абордажную саблю, и его звездочет (то есть штурман) с арбалетом на взводе.

Пройдя немного вперед, Слинур быстро и внимательно огляделся, после чего заявил:

– Наше мяско с маковым соусом уложило двух обалдевших от вожделения жуликов Глипкерио, но Хисвет с этой ее юной нимфой скрылись. Крыс в клетках нет.

Ищите, ребята! Звездочет, прикрой нас!

Поначалу опасливо, потом все более уверенно матросы принялись обыскивать каюту: они переворошили пустые шкатулки, сдернули покрывала и матрас с подвесной койки и подняли ее вверх, чтобы посмотреть, нет ли чего под ней, отодвинули от стен рундуки, вскрыли те, что были заперты, вывалили из ниши весь гардероб Хисвет.

Мышелов снова предпринял отчаянную попытку пошевелиться и что-нибудь сказать, однако удалось ему лишь чуть шире приоткрыть глаза.

На него случайно налетел один из матросов, и он беспомощно перевесился через ручку кресла, однако не упал. Фафхрд, получив толчок в спину, рухнул лицом прямо в блюдо тушеных слив и, по инерции раскинув руки, опрокинул несколько кубков и смахнул со стола пару тарелок.

Звездочет нацеливал арбалет в каждое новое обследуемое место. Слинур, орлиным взором оглядывая все вокруг, подцепил концом сабли несколько шелковых тряпок, потом опрокинул крысиный стол и принялся его разглядывать.

– Вот твари, пировали, словно люди, – произнес он с отвращением. – Им и мясо подавали. Чтоб они подавились!

– Скорее всего, они-то и учуяли зелье, несмотря на острые приправы, и предупредили женщин, – заметил звездочет. – Крысы могут унюхать любой яд.

Когда стало очевидно, что ни девушек, ни крыс в каюте нет, Слинур в ярости и тревоге закричал:

– На палубу они выскользнуть не могли – отдушины задраены, да и наверху у нас стоит охрана.