Воины Хаоса наводят порядок (книга II)

Но стоило забраться выше, выяснялось, что это лишь очередная ступень природной лестницы, а вершина ещё далеко. Кэррот даже порадовался, что поклажи осталось немного. Костик нёс Резонатор и думал, а есть ли в нём смысл? Ведь Микким наверняка может разрушить Столб как-то иначе, не плыла же она сюда просто так. Но что, если... пусть будет. Хитроумное устройство не тяготило его. Тяготил груз ответственности.

Когда они забрались на вершину, стало тихо. Над горами пылали обрывки закатного зарева. Седловину сопки покрывал разрежённый кедровый лес.

Столба не было видно, но чувствовалось: он рядом. Боковым зрением мерещилось призрачное мерцание.

Гудж принюхался. Пахло пожаром. Но ни дыма вокруг, ни огня.

Они шли по гребню, когда тишину оборвал нарастающий гул. Батлер сплюнул под ноги. Костик заозирался. Через пару секунд стало ясно, что происходит.

Лес загорелся. Будто кто поджёг ряд поставленных спичек. Пламя вспыхнуло впереди, сбоку — справа и слева. Огонь вскинулся, заплясал по траве.

Кедры пылали, как факелы.

— Бежим! — мудро скомандовал Кэррот, но бежать было некуда: позади уже тоже горело. Пожар охватил склоны сопки. Констанс резко повернулся к Наумбии.

— Воды рядом нет, — закусила губу волшебница. — У меня даже маниак кончился. Можно ветер поднять, но такое пожарище не задуешь!

— Костик, можешь телепортироваться? — поинтересовался Олясин.

— Куда? В пламя? Да и смысл мне без вас!

— Например, добежишь до Столба. Моё дело предложить...

Жар накрыл их волной; огонь надвигался.

Гудж свирепо закашлялся, опираясь на алебарду. Наумбия пошатнулась. Батлер разом поник, и эльфийка схватила его за плечо.

— Фириэль, я не плачу, — брюзжал гном, — глаза щиплет от гари!

Сквозь рёв пламени в их головах зазвучал незнакомый голос. Женский. Холодный. Они переглянулись, чтоб убедиться: все его слышат. Голос произнёс:

— Ненадолго нарушу молчание. Оставайтесь спокойны. Не все тяготы мира для вас, Воины Хаоса. Доберитесь до цели, сделайте правильно.

В суматохе они позабыли восточников. Микким снова сидела, скрестив ноги и опустив на колени руки маленькими ладонями вверх. Отсветы пожара играли на её наголо бритой голове. Ля и Лё уселись за спиной жрицы. Смуглые физиономии оставались бесстрастны.

Вокруг полыхали деревья. Пламя, дым поднимались до самого неба. Искры вились сердитыми осами, пепел кружился, как снег. Пожар злобно гудел, поглощая живое и мёртвое. Но не приближался ни на шаг.