Неправильное привидение

-Господин Иван! Наместник приказал мне обеспечить безопасность вашу и госпожи баронессы. События этой ночи показали, что между нами возникло некоторое недопонимание, которое может осложнить мне выполнение приказа и поставить вашу безопасность под угрозу. Я буду вам очень признателен, если ваши перемещения вы будете согласовывать со своей охраной и со мной.

Говорилось всё вежливо, но вот взгляд… Опытного солдата на малолетку-недоумка. Будь это в моём мире, я бы, скорее всего, тут же покаялся и признал его право командовать.

Но в этом мире для меня авторитетов нет. Если кто и сможет мной командовать, то только Таня. И мне совершенно не нравилось, что все стараются обо мне «позаботиться», причём зачастую против моего желания. Я прислушался к себе – злости нет, так, небольшое раздражение.

-Мне понятно ваше стремление выполнить приказ наилучшим образом. Если я сочту это необходимым, то обязательно сообщу вам о своих планах – и чуть улыбнулся.

Как у сержанта заходили желваки! Но он сдержался.

Коротко поклонился и ушёл.

«Приборка» в лагере затянулась надолго. Кроме всего прочего, под этим понимались и похороны. А если учесть, что полностью здоровых набралось всего пара десятков, а лопат – всего четыре… Сначала выкопали одну общую могилу и сложили туда погибших солдат.Потом зачем-то выкопали ещё одну и сложили туда всех наёмников. Вот этого я не понял. По идее – это бандиты. Можно было просто бросить в лесу. Можно было развесить по деревьям – в назидание, так сказать.

Но зачем хоронить? Когда я задал этот вопрос одному из солдат, тот ответил коротко.

-Не по-людски это. Это такие же солдаты, как и мы. Их наняли выполнить работу, как и любого из нас – наши нынешние господа. Сегодня повезло нам. Но кто знает, что будет через день, месяц, год?

Он мрачно вздохнул, а я поразился такой логике. Хотя, если задуматься, то враг – это в бою. А после него – только мёртвое тело.

Однако, как я заметил, всё ценное с тел сняли. И оружие, и доспехи, и всё, что нашлось в карманах.

Куда всё это пойдёт, я спрашивать не решился. Но, скорее всего, продадут, а деньги поделят между семьями погибших. Если уж всё делать по-людски.

После невесёлого обеда многие улеглись спать. Мне делать было нечего, и я стал нарезать круги вокруг лагеря, превратившись в своеобразного «разводящего караула». Усиленный караул (по двое на посту) косился на меня и мою собственную охрану (ещё четвёрка мрачных солдат) но ничего не говорили.