Неправильное привидение

Чего, спрашивается, шарашиться в темноте? В тёплой постели гораздо приятнее. С другой стороны, молодёжь подобные мелочи никогда особо не волновали. Целующиеся парочки у нас можно встретить в любом закоулке, особенно тёмном. А вот здесь этого не наблюдалось. То ли здесь нравы и отцы очень строгие, то ли ещё что. И пьяных не видно, и шпана не тусуется. Полное впечатление, что город вымер.Непонятно – радоваться этому или готовиться к неприятностям.

Когда фонари стали почаще, а вдоль домов стали промелькивать отдельные прохожие, я вздохнул с некоторым облегчением.

Первым испытанием мог стать перекрёсток с Южным лучом. Так называлась центральная улица, идущая от королевской крепости к южным воротам. Вообще-то, таких улиц было четыре – к чётырём воротам по сторонам света. Были ещё какие-то, но они меня не интересовали. Да и про этот Южный луч мне упомянули только потому, что это была единственная крупная улица, на которой меня могли ожидать предсказуемые неприятности. Дома знати и богачей, куча магазинов, увеселительных заведений.

Веселились, разумеется, внутри, а вот потом многих тянуло погулять. И то, что здесь средневековье, роли не играло – богатые бездельники, не знающие, чем заняться, есть всегда и везде.

Когда добрался до перекрёстка, то зрелище ярко освещённой улицы просто поразило. Фонари горели непонятно на каком горючем, но весьма ярко. Дорога мощёная камнем, широкая. И даже народ прогуливается. Где-то парочками, где-то компашками. Виднелись юбки нескольких молодых, судя по голосам, женщин, но я не стал расслабляться.

С удовольствием здесь прогуляюсь, но не сейчас. Для меня главное – не влипнуть и не привлечь внимания. Стараясь не сорваться на быстрыйшаг, пересёк перекрёсток и двинулся по следующей улице. И почти сразу сбоку послышалось:

-А ну стоять!

Я сделал вид, что не слышу, не понимаю и вообще, ко мне этот окрик не имеет ни малейшего отношения. Сделал ещё пару шагов, но тот же голос, но уже более зло, проорал:

-Стой, скотина, хуже будет!

Ну, всё, приключений я себе нашёл.

Повернувшись, стал разглядывать приближающихся. Пара парней, немного постарше меня. Видимо, они только что вышли из соседнего дома, у подъезда которого стояло несколько экипажей. Крепенькие, в добротной, красивой одежде. Что-то типа камзолов, штаны в обтяжку, украшенные бантиками, башмаки. Богатенькие. И рожи соответствующие. Высокомерные, с презрительной ухмылкой. Вот таких я всегда ненавидел.