Неправильное привидение

Единственное, что на ночёвку встали в неурочное время, ещё до заката. Быстренько поставили палатки и меня срочно пригласили в палатку к Регине.

Собралась тёпленькая компания. Магистр, Таня, Регина. Я остановился перед столом, ожидая разъяснений. Как всегда, говорить стала Таня.

-Ваня, мы тут всё время пытаемся определить причину недомогания Регины. Пока ничего не выходит.

Регина, действительно, снова выглядела бледновато.

-Может просто укачало?

-Может быть. Но мы решили не дожидаться следующего приступа, а провести диагностику заранее.

Мы использовали все свои знания, но по-прежнему ничего обнаружить не можем. И мы просим это сделать тебя, Иван.

-Так я же не этот, как его … целитель.

-Но ты попробуй, Иван!

Голос Тани стал требовательным, и мне это совершенно не понравилось. Это что, она теперь мне как слуге приказывать будет?! Внутри зашевелилось что-то нехорошее, губы раздвинула улыбка, но совсем не добрая.

-Ну что ж, как скажешь. Только я буду проводить осмотр один, наедине с Региной.

И ей придётся раздеться. Полностью. А вы уходите.

Надо было видеть лица Тани с магом! Такая буря чувств! Удивление, настороженность, подозрительность. Но они справились. Таня покосилась на Регину, та утвердительно кивнула, потом снова на меня.

-Регине надо помочь раздеться.

-Шнурки развяжи, а дальше пусть сама.

В полной тишине Таня распустила завязки и, не оглядываясь, вышла из палатки. Маг всё ещё сомневался, но после кивка Регины стиснул зубы и тоже вышел. Мы остались вдвоём.

-Раздевайся. Полностью.

Видимо, у Регины это было первый раз в жизни – раздеваться при постороннем мужчине. Даже врачи, насколько я знаю, отправляют пациенток раздеваться за перегородочку. Но я не врач. Я только снова повторил:

-Раздевайся. Полностью.

Регина чуть вздрогнула и стала медленно снимать с себя всякие женские штучки. Юбку, рубашечку, ленточки, чулочки, лифчик, панталончики. Я смотрел на всё это с болезненным любопытством, к которому примешивалось что-то ещё – в движениях Регины была какая-то неуловимая неправильность.

Вот она закончила раздеваться, повернулась ко мне, залилась краской и попыталась прикрыться руками. А меня вдруг ожёг нестерпимый стыд, и я почувствовал себя садистом, измывающимся над малолеткой.

-Регина, не надо меня стесняться. Я сейчас не мужчина. Я просто попробую тебе помочь.

Регина, по-прежнему красная от смущения, с трудом отвела руки и почти прошептала:

-Я понимаю.

-Тогда ложись на стол.