Суженый для Доры

«А теперь — я открываю бал!» — произнесла она, и невесты белым ручьем потекли вниз со сцены. Женихи спускались с другой стороны, их строй напоминал ручей из живого серебра.

«А теперь — в толпу, и быстро», — велела Жизель, оказавшись рядом, едва Дора спустилась вниз. Дважды повторять не пришлось — со сцены с лицом, не предвещающим ничего хорошего, спускалась ректор Моръ.

Подхватив Лору и Дору под руки, Жозефина потянула их прочь.

— Дорогая, тебе не мешает этот рукав на подоле? — спросила она Лору, когда они схоронились за колонной.

— Если нужна помощь — скажи.

— Да, пожалуйста, — пискнула Лора, еще больше заливаясь краской. С ее маскирующим заклинанием что-то пошло не так, и в результате платье стало напоминать нечто совсем безумное — рукава переместились на подол, а лиф превратился в кольчугу.

Произнеся нужное заклинание, Жизель вернула платью первоначальный вид.

— Спасибо, — выдохнула Лора. — А можно мне тоже... как у Доры? — робко спросила она. — Мне очень нужно!

— Как скажешь, — улыбнулась Жизель, и лиф Лориного платья приобрел новый объем и глубину.

А по струящейся ткани зазмеилась изящная серебряная вышивка. Получилось и красиво, и по-другому.

— Спасибо! — воскликнула Лора, оглядев свой наряд.

— Так, девочки, а теперь — за будущими мужьями. Помните, у вас есть на это всего несколько часов. Не вместе! Каждая — своей дорогой. — И, развернув Лору с Дорой в разные стороны, Жизель велела: — Вперед!

Нырнув в толпу, Дора заметила, как к колонне движется капитан Фуксия.

Дора ускорила шаг, огибая стоящих на дороге людей… и тут же в кого-то врезалась.

— Смотри, куда идешь, — возмутился жених Лось, бросив на Дору неприязненный взгляд. Сердито фыркнув, он сунул в рот печенье и принялся жевать.

Уловив знакомый лимонный запах, Дора наткнулась на ненавидящий взгляд золотинки, стоящей по другую сторону от Лося. Сложив то и другое, она попыталась тихо отползти в сторонку, пригнулась, попятилась, и тут ее каблук с хрустом впечатался в чью-то ногу.

Раздался вскрик, жених Лось обернулся на шум, и злобное лицо его в одно мгновенье преобразилось.

— О, прелестница, — простонал он, глядя поверх головы Доры, — приди ко мне, я так хочу тебя облобызать, — и, вытянув руки, бросился вперед.

Дора отскочила в сторону.

— Мамочки, — пискнула Лора и, хромая, понеслась прочь.

Понимая, что подругу надо спасать, Дора бросилась следом, да не тут-то было — в ее руку вцепилась холодная клешня.