Попадись в мои когти

Что тебе об этом рассказывали эльфы?

— Вербальный, невербальный, сторонний, по источнику — внешний и внутренний… — с обреченным видом забубнил Суданский, но я не собиралась проверять степень глубины его познаний.

— Внутренний резерв как высвободить, чтобы заполнить энергией составленную конструкцию?

— Многими способами. Например, с помощью различного рода инструментов.

— Вот. У вас на Земле вроде бы есть такие гуманоиды, которые занимаются иглоукалыванием и которые спят на иголках…

— Это не одни и те же люди, — счел нужным уточнить стажер.

— Сейчас не суть важно. Это тоже способы высвобождения внутреннего резерва.

— Вот оно что… Но зачем такие сложности?..

— Вопрос не ко мне, — я развела руками. — Каждый своей головой распоряжается самостоятельно. Почему у разных магов получаются, например, разного цвета молнии, хотя конструкции одинаковы? Магия — лишь энергия, а как ее направить, к чему приложить — всегда зарождается в чьей-нибудь голове. Придумал кто-то однажды сидеть на иголках, и благодаря ему теперь на них сидят сотни пятых точек.

— Угу. Кто-то придумал бумажную волокиту, и теперь даже в магическом мире надо заполнять ворох бумажек… — Артем покрутил стилус. — Слушай, Аметист, а как быть с моим прежним местом работы? У меня там как раз отпуск заканчивается. И понадобятся ли для трудоустройства мои документы из моего мира?

— Даже не знаю… — я всерьез призадумалась. — Тебе, как попаданцу, должны были выдать гиэртское удостоверение личности.

Остальное выявляется и фиксируется в личном деле в процессе тестирований, осмотров и проверок. Я же не попаданка, у меня все было по-другому, поэтому надо уточнить у Виктора… Знаешь, вот прямо сейчас и сходи. Вдруг тебе все эти бумажки ни к чему. Ты же еще и подтвержденный Избранный, должны же быть у тебя какие-то персональные льготы!

***

Почистив найденной тряпицей штаны и ботинки, я убрала рюкзак в пустующий короб и спустилась обратно на землю. Там уже понемногу, группками по две-три, собирались местные жительницы.

Они же по ходу дела накрывали поляну: тащили столы, скатерти, кувшины, какие-то котелки; одна бегала туда-сюда с огромной корзиной, из которой торчали луковые перья. Наддай, Нене и еще одна ведьма, — плотная, фигуристая, относительно молодая (по сравнению с некоторыми) — разводили большой костер и пристраивали вертел. К ним, как к единственным знакомым лицам в обозримой дали, я и подкатилась.