Попадись в мои когти

Да, вроде как привязалась, и довольно крепко, потому что было больно, обидно… но при этом страданий, от которых хотелось утопиться, я не чувствовала, из чего и делаю вывод: до главной мышцы моего организма сладкоречивый Валлэриэн не добрался.

***

— Ну ты и завернула, — присвистнув, заметил Артем.

Я вздрогнула и уронила стилус.

— Не подглядывай!

— Да чего я там… — Суданский ткнул пальцем в написанное. — …не видел?

— Предысторию, поскольку ты в ней не участвовал. А что не так?

— Как-то двусмысленно получилось, — стажер хихикнул.

— У некоторых главной мышцей можно счесть ягодичную, поскольку на нее наваливаются все приключения…

— До нее, как и до сердечной, Валерик тоже не добрался, — отчеканила я. — Все складывается как надо. Ты не отвлекайся от своих бумажек. Или все уже?

— Чуть-чуть осталось.

***

Когда план решено было претворять в жизнь, моя подруга уже вполне стойко держалась в вертикальном положении, а я почти не пускала из ноздрей и ушей дым. Недопитую бутылку оставили на «отметить победу над коварным недругом».

Вооружившись (я — собственными когтями, если их можно так назвать, Агаська — маникюрными ножницами), мы отправились на поиски Валлэриэна де Луринтиэля и дамочки, которая с некоторых пор величала себя Мальгариэль.

Сплошные «-эль», брякающие, как колокольчики в пустом здании, начинали раздражать. Как хорошо, что у лучшей подруги в имени ничего подобного нет!

Нашли мы парочку относительно скоро, в маленьком открытом кафе на Площади Звезд — летом таких заведений по всему городу пруд пруди.

Сначала я увидела бывшего жениха — его серебристые локоны, всегда тщательно уложенные, ни с чьими не спутаешь. Влюбленными синими очами он глядел на свою новую невесту. Прекрасное лицо выражало такое блаженство, что мне даже стало неловко…

Я по натуре вспыльчива, но отходчива. Если сразу огнем не плюнула — значит, обойдется (в большинстве случаев).

— Может, тьфу на них? — шепотом предложила я Агаське.

— Чего?! Тис, такой позор смывается только кровью! — прошипела подруга.

Она-то протрезвела до кондиции «пора искать приключений на все точки любопытства», а женская солидарность служила боевым знаменем. — Ты только глянь на эту лахудру! Она же наверняка его приворожила, а раз он, дипломированный маг, поддался, значит, козлина вдвойне!

Агаська нисколько не преувеличивала — лахудра была действительно лахудристой: некогда светлые волосы были выкрашены во все цвета радуги и топорщились в разные стороны.