Попадись в мои когти

В грудь при каждом вдохе словно гвозди забивали; ребра помяты, а то и одно-два сломаны…

От более серьезных травм меня спасли сравнительно небольшие габариты и отсутствие шипов.

— Гоблинское дерьмо! — за спиной выругался Чужеяд, тоже обратившийся в человека.

Вот угораздило же разумную расу так встрять: ну пакостники, ну мелкие и страшненькие, но при каждой… хм… неудаче их склонять на все лады уж слишком!

А Чужеяд-то как старался… Не иначе как гоблины ему чем-то персонально насолили.

Что-то быстро запыхался, Гад, злорадно отметила я и попыталась пошевелить пальцами раненой руки.

Конечность послушалась. Следовательно, непоправимые повреждения отсутствовали.

— Нашли-таки дракона! Драконшу! Ха… — тон Гада вдруг изменился, стал приторно-ласковым. — А ведь ты можешь мне пригодиться…

Я, оберегая левую руку и опираясь на правую, приподнялась. В затылке и за левым ухом растекалась горячая боль. Учитывая сломанную ночью елку, еще терпимо, хотя наверняка вздуется шишка.

Чужеяд, кривясь, растирал шею (хе-хе) и наблюдал, как я усаживаюсь к нему вполоборота и подтягиваю правую ногу, согнув в колене.

Под зеленым глазом Гада наливался фингал, почти такой же, как у Суданского.

— Как пригодились те драконы, которым ты пустил кровь? — я хотела прорычать, но получилось сухое отрывистое карканье. — Сколько их на твоем счету?

— Не на моем, — живо откликнулся Чужеяд. — Это делал Гигроссул, мой напарник.

Ну и имечко… Впрочем, «Чужеяд» ничем не лучше.

Ишь, хвостом завертел, Гадина-Чужеядина.

Слова правильно подбирать надо. Готова поспорить на годовую зарплату, что этот Гигроссул — твой напарник не потому, что ты скромно отсиживаешься в уголке, пока он потрошит представителей твоего же вида. Не боишься стать следующим?

Вслух я этого говорить не стала — речь длинная и нелепая.

— Да мне плевать, кто это сделал. Ты это допустил, урод, и за это поплатишься.

Я сознательно так его назвала. Нет страшнее оскорбления для дракона.

Как я и рассчитывала, он взъярился. Недержание эмоций никого ни к чему хорошему не привело.

— Др-рянь! — рявкнул Чужеяд, шагнул вперед и протянул руку с намерением схватить меня за волосы.

Сразу видно — тренировками во ВСМыСЛе (да и после) пренебрегал. Нельзя полагаться только на драконью форму, придурок!

Я резко выпрямила ногу, пнув его по щиколотке. Он потерял равновесие, нелепо взмахнул руками, пытаясь удержаться, наклонился…

И я со всей злости влепила наполненную кровью ладонь в его мерзопакостную рожу.