Благие знамения: после Армагеддона

Кроули всё ещё сверлил взглядом сутуловатую спину священника и не заметил, когда за его собственной спиной деликатно кашлянули и хрипловатый голос произнёс:

— Прошу прощения, сын мой.

Он оглянулся и увидел бледное овальное лицо с сочувствующими карими глазами. Человек выглядел строго, начиная туго стянутыми в хвост прямыми тёмными волосами и чёрной сутане. Кроули показалось, что он для неё ещё молодоват. Он держал в руках метлу.

— Я случайно услышал — в общих чертах — ваш разговор с отцом Сильвестром… Я отец Ричард.

Ну, — он посмотрел на Кроули при слове «отец» и вздохнул: — или просто Ричард, если так проще.

Кроули пребывал в том состоянии, когда проще забиться в угол и раскачиваться туда-сюда.

— Тебе ведь нужна святая вода, правильно? — продолжал допытываться Ричард.

— Угу… А ты кто?

— Ричард.

— Ты тоже священник?

— Диакон, если быть точным.

На своё счастье, Ричард не заметил, как у Кроули загорелись глаза.

— Диаконы могут освящать воду?

— Пожалуй, в крайних случаях, да.

— На дому?

Ричард пристально посмотрел ему в лицо.

Затем его взгляд прогулялся вниз и вернулся обратно, и только после Ричард ответил:

— Если ты или кто-то из твоих близких в беде, я обязан не оставить тебя в трудный час.

— Ну наконец-то, хоть кто-то здесь говорит, как положено! — воскликнул Кроули. — Поехали, времени нет!

Ричард явно не ждал настолько сиюминутной реакции и немного растерялся.

— Подожди, сын мой, — (Кроули поморщился), — сначала нужно взять всё необходимое… и не попасться на глаза отцу Сильвестру.

В последнее время злой как чёрт, прости Господи, — доверительно сообщил он и перекрестился. — А всё потому что его уже месяц донимает обострение артрита. Представляете, кто-то проник в церковь ночью и разлил всю святую воду. Она замёрзла, а утром отец Сильвестр на ней и поскользнулся. Вот ведь бывает.

Кроули сделал вид, что его заинтересовала птичка.

* * *

— Здесь мило, — вежливо похвалил Ричард, осматриваясь. — Думаю, при словах «холостяцкая квартира», твоя должна всплывать в сознании в первую очередь.

— А во вторую? — вырвалось у Кроули.

— Спартанские условия, метровый слой грязи и кислый запах пива.

Оба поморщились. Кроули невольно подумал, что будь он человеком — женился бы. («Хотя зачем, если есть служба клининга. Не четырнадцатый век же».)

Ричард тем временем поудобнее перехватил сумку со всем необходимым.

— Ну что ж, веди… сын мой.

Ричард стал испытывать некоторую неловкость, называя Кроули «сыном».