ВыЖить 2

Зайдя внутрь огромного барака, парень нашел ту самую, которая идеально подойдет для Лады. Отдав приказ рабам вынести клетку на улицу, задумался. Куда нести ее? По всей видимости, она должна была находиться в хижине Арзалга, но Гор никогда не допустит этого. Лада нужна ему самому. Парню вспомнилась фигура девушки и ее бездонные глаза. Светлые волосы и белая кожа которой так сильно отличалась от сочных форм смуглокожей и коренастой Бояны. Как раз с этой девицей все было понятно. Он читал ее как открытую книгу, и предсказуемость дочки провидицы наводила скуку.

Чем же Лада так привлекала его? Магией? Или тем жестким отказом, когда впечатала его в каминную полку со всей дури, распознав наброшенный на нее морок? Он тогда пару дней точно не мог нормально ходить, его спина представляла собой один большой синяк.

Гор весело хмыкнул от предположения: а что, если он страдает скрытым мазохизмом и ему нравится, когда причиняют боль? Да нет, это исключено, он нормальный здоровый мужчина. Видимо, дело в том, что “Обещание нежности” не так-то просто увидеть, особенно тому, на кого оно накладывается.

А она смогла распознать заклятье, и отказ ее был жестким, чем только раззадорила его. Поначалу Гор намеревался просто занять место главы клана, женясь на внучке мага. Но теперь он хотел обладать ею, в ней определенно была загадка, которую он должен разгадать. И решать, с кем она останется, будет тоже ОН! Теперь все изменится, и если эта темная лошадка, а точнее, светлая, не станет брыкаться, то клетка ей не пригодится.

Нервно потирая пальцами подбородок, Гор перестал ломать голову и оставил клетку, представляющую собой сколоченный из деревянных досок квадрат с приделанными внутри кандалами, на улице.

А пока он будет ждать ее появления, приведет себя в порядок перед встречей. Приказав рабам принести воды, он с особой тщательностью вымылся в лохани и не менее скрупулезно выбрился. Самолично выстирал одежду и, довольный, развесил ее сушиться на свежем воздухе.

Стоя возле своего жилища, он подставил лицо солнцу, улыбаясь своим мыслям.

Сегодня, наряду с буйным воображением, они не давали ему покоя. Мелкие капли с еще влажных после мытья волос падали на плечи, скатываясь по широкой спине, напоминавшей капюшон кобры. Загар на голом торсе отливал бронзой, а темные, холщовые брюки были немного приспущены, от чего виднелась тонкая дорожка из темных волос, спускающаяся от пупка вниз. Он весь, неосознанно, излучал готовность к встрече с гостьей.