Делюн-Уранский хребет. Воспоминания, путешествия, происшествия

Однажды осенью, 12-летним мальчишкой, я пришёл с ночной охоты и повесив ружьё над кроватью, не раздеваясь завалился спать. Проснулся я от звонкого удара камня об обшивку нашего дома. Обшивка была из сухих сосновых досок и звенели они, как огромный и звонкий барабан. Второй камень глухо ударился о землю и я услышал испуганный голос матери. Между двумя этими ударами я лежал в своей кровати и пытался сообразить: «Что это такое?» Но после крика мамы, я сорвал со стены ружьё и как пуля вылетел на крыльцо.

Здесь следует сделать отступление и рассказать, что у нас в центре посёлка, вместо кремля стояла тюрьма, с четырьмя вышками по углам. А наш дом стоял один на краю посёлка, за огороженной территорией электростанции. У нас, с одной стороны, стеной поднималась тайга, а с другой – ограда территории станции. И на этой территории вплотную к забору строилась вторая очередь Мамаканской ТЭС. И работали там одни зэки. А была осень и во дворе был рассыпан картофель на просушку.

Мама сидела на стульчике с краю, и собирала просушенный картофель в ведёрко, и переносила его в погреб (на зиму).

Далее картина, по-моему, предельно ясна. Зэки по-прилипали к забору и в щели рассматривали женщину, сидящую к ним спиной, и камнями пытались попасть в интересующий их предмет. Я потом нашёл эти каменюки. Если хотя бы один из них попал в голову! Думаю, что там, не было бы никаких шансов. И я, выскочив на крыльцо, заорал во всё горло: «Твари! Перестреляю, как собак!» Наступила тишина.

И даже конвоир с винтовкой (из самоохраны), до этого сидевший боком и искоса, с ухмылкой, наблюдавший за происходящим, предпочёл отвернуться и сделать вид, что он ничего не видит и не слышит, и там ничего не происходит. Но бросание камней прекратилось.

И ещё один эпизод хранения ружей в тех местах. Я уже говорил что наш дом стоял на берегу реки, а берег круто двумя уступами опускался к воде. Так вот, в большую воду (а она бывала как раз под верх этой средней площадки), я иногда стрелял уток прямо из окна своей комнаты.

Просто снимал ружьё со стены над кроватью и в окно стрелял. При чём, не спрашивая на это, ни у кого, никаких разрешений.

Это я так, в качестве примеров, об общей обстановке в то время, (и в тех местах). И о месте ружей там, и в то время. Об этом более подробно ещё будет говориться в этой книге и не один раз. Будет говориться ещё и о регулярных побегах из тех зон.