Слет Василис

Василиса Микулишна, дожевывая пирожок с вязигой, углядела на руке прекрасной сестрицы тяжелый браслет, искусно сделанный в виде ящерицы:

- Ух ты, красотень какая! Это кто ж тебе такое сработал?

Прекрасная легким движением коснулась украшения, словно погладив его:

- Это, девчата, целая история.

- А мы сюда, между прочим, собрались, чтоб новости-то и послушать.

- Ну, так слушайте.

Примерно с месяц тому, в одну из весенних ночей, я почему-то спала очень беспокойно. Просыпалась, крутилась с боку на бок, снова проваливалась в какой-то кошмарный сон.

Снилась погоня, какая-то темная пещера, потом с неба на меня упала огромная птица, и, наконец, я из последних сил ползла по колючему заледеневшему снегу, оставляя позади красную подтаявшую дорожку…

- На ночь пирогов надо поменьше трескать… - Микулишна, как всегда, мерила своей мерой. Рассказчица презрительно дернула плечиком и продолжала, не отвлекаясь:

- Потому, поднявшись до света, я решила сходить в дальний осинник. Ну, вы знаете, как хорошо это дерево вытягивает черные недобрые мысли, забирает грязную чужую энергию.

- А еще улучшает цвет лица, тонизирует кожу, – негромко вставила Василиса Премудрая.

- Идти пришлось мимо старого дуба. Его узловатые ветви, распростертые словно шатер, много лет удерживают огромное гнездо - кучу сухих веток, накиданных, казалось, в полном беспорядке. Но даже ураган прошлой весной не уронил ни одной из них.

Через край гнезда на меня с любопытством глядели три уже оперившихся птенца. Понятно, родители на охоте, а этим мелким скучно.

Но обычно, увидев меня, они пищат и тянутся через край, едва не вываливаясь. А тут только головенками крутят. Смирные, навроде как испуганные. С чего бы?

Вдруг легкий ветерок донес странный незнакомый запах. От него по спине пробежали мурашки, во рту появился неприятный привкус. Я внимательно осмотрелась. Неподалеку на кустах ежевики часть веток почернели, словно обожженные. Листья пожухли и скукожились, облитые какой-то темной дрянью. А неподалеку еще пятно.

Вроде влажное, но травинки свернулись, будто от огня.

Я осторожно тронула, и тут же отдернула руку: жжется! Пальцы испачкались темно-красным.

Сразу за кустами нашлось еще одно пятно примятой травы. Так же забрызганное кровью. И на нем ящерица. Странного серебристо-серого цвета. Я у нас никогда таких не встречала. Судя по многочисленным ранам, кровь вылилась именно из нее. Так много из небольшого тельца…

Обернув руку платком, я подняла мертвую ящерку.