вселенная в кармане

По коридору, громко топая, пробежали два орка, за которыми гналось весьма воинственно настроенное вооружённое до зубов кресло.

Ланвесту, правда, найти так и не удалось, путешественница ретировалась, не дожидаясь исхода эпической битвы между отрядом орков и дворцовой мебелью.

Наконец последний орк, подгоняемый шваброй, спустился в подвальную камеру, где уже находились все остальные зеленокожие, включая Крю и Манорга. Тяжёлая дверь сама предусмотрительно приоткрылась, впуская его, а потом громко захлопнулась за ним, загремев засовами.

В этот момент во дворце одновременно распахнулись все двери, удерживавшие взаперти жителей дворца и гостей праздника. Шум поднялся такой, что его отголоски заполнили голубую гостиную, нарушая почти домашнюю атмосферу покоя и уюта. Доброслав поднялся:

- Ладно мне надо идти, рассказать гостям и подданным, что произошло, и открыть, наконец, народу тайну королевского дворца. Заодно предупрежу придворных о переезде. - У входа король обернулся: - Сирин, Ольга, вы без преувеличения спасли страну и меня.

- Ну и я пойду, дел невпроворот, - дама, улыбаясь, медленно растаяла в кресле.

Окинув взглядом опустевшую гостиную, Сирин со вздохом облегчения обнял сидящую рядом на диванчике Олю. Она без зазрения совести переместилась к нему на колени, обвила руками за шею и прижалась лбом ко лбу.

- Не представляешь, как я за тебя боялась. Не делай так больше никогда, никогда не пытайся принести себя в жертву, даже ради меня.

- Не будь эгоисткой, араосса, подумай, как бы жил я, если бы знал, что мог тебя спасти и не сделал этого.

Признав неразрешимость противоречий, Оля в задумчивости переместилась обратно на диван и положила голову на плечо Сирина.

- А ты заметил, что в конечном итоге Алкиона действительно помогла духу дворца, а заодно и королю. Ведь если б она не разбудила духа, король вполне реально мог заблудиться в Мультивселенной, как и хотела Ланвеста.

- А мне её жаль, - со вздохом сказал Сирин.

- Кого? Ланвесту?

- И Крю тоже.

Лёгким движением затащив Олю обратно себе на колени, страж потянулся к её губам. Оля увернулась.

- Не замечала в тебе раньше склонности к мазохизму.

- Дело не в том, что они делали со мной. Они, как два несчастных ребёнка, кричат на весь мир: «Мы есть, любите нас». Поэтому детей надо воспитывать в любви, вот как мы своих.