Трэшленд

В остальных веры не было – все были недовольны предательством Королей.

- Королева обманывала нас!- слышалось тут и там.

- Королева и её сборище разрушили наш город, они двинулись разрушать дальше! – слышалось возле Волшебных лугов.

И скоро на совете спасения города Патриотами Министрами вместе с духовно-философским течением Разум Народа и народным ополчением было принято решение – мы не признаем власть Королевы. Нужно спасти город! Но потом, пусть сначала горные люди уйдут…

До замка было недалеко, но эти минуты растянулись в долгое молчаливое размышление Королевы о своей судьбе.

Что ей теперь делать? Народ больше не доверяет власти. От армии остались только осколки, а ещё предстоит встреча с горными людьми. Может вернуться и договориться с народом, объяснить, что не знала этой суровой правды. Она остановилась и посмотрела назад. Как будто читая её мысли Генерал Понт сказал вслух:

- Они вам этого не простят!

- Чего?

- Вы не только открыли им глаза, но и научили быть смелыми.

Теперь вы точно потеряли контроль над ними.

- Что-то вы много говорите для птицы!

- Я долго был наедине с самим собой, много думал и долго наблюдал. Я умею управлять людьми, а управлять больными очень сложно. У меня большой опыт!

- Вы так говорите – управлять больными, а вы сами то не больной? Как вы в больнице оказались?

- У меня была мечта. У нас в городе почти нет птиц. Нет, не этих ворон или падальщиков, а настоящих горных Орлов. В детстве, лишь раз увидев эту горную птицу, я навсегда влюбился в её красоту – коричневые перья плавно переходят в белые, а их глаза – они великолепны.

Когда птица сидит на дереве – она как будто позирует – посмотрите на моё величие, они просто божественно прекрасны. Я сделал макет птицы, а потом надел крылья и бегал по двору, чем распугал всех детей. Тогда мне сделали первое предупреждение, что я не такой как все.

- С этого дня мне запретили не то, чтобы делать макеты птиц, а даже приближаться к горам.

Всегда хочется то, чего нельзя. Я сбегал из дома ночью, чтобы посмотреть на птиц, летающих в горах. Это стало моей навязчивой мечтой, я жил ради этого. Меня посчитали опасным и непослушным и стали водить в больницу. В детстве это казалось игрой и сильно раздражало родителей, поэтому мне нравилось ходить с крыльями в больнице. Меня не спешили возвращать, да я и сам не хотел в этот мир идиотов, где ничего нельзя.