Кощеевна.

Посадка не была мягкой, я прикусила язык во время торможения Горыныча, но удержалась в «седле»: сползла кое-как, рухнув на спину на траву и ощущая боль в каждой клеточке тела.

«Первый раз он всегда такой, потом привыкнешь».

А может я не хочу привыкать?!

- Вась?

Заботливые три головы склонившись над мною, и заслонив весь обзор, дыхнули в лицо, отчего моя расслабленность мигом слетела и я закашляла. Вот же…дракон!

- Ужинать пора, мы ночью не полетим, темно.

А я думала у драконов ночное зрение.

«У Горыныча проблема со зрением, ночью плохо видит».

Спасибо, хоть сейчас предупредил.

Внутренний голос отчетливо хмыкнул и пропал: окончательно придя в себя, но не от боли, съела то, что Горыныч подал, сбегала по своим делах – спугнула двух влюбленных зайцев, и не заметила, как и стемнело. Без костра и света звезд лес казался действительно мрачным и темным: рассудив, что на дракона никто в добром здравии нападать не будет, а больные по лесу не ходят, буквально забралась под крыло Горыныча, которого хватило с головой, подложив под голову руки.

Собственно, так мы и уснули.

А днем снова был перелет, и так еще три дня однообразия, пока лес не начал резко редеть, открывая взору золотисто-рыжую степь. Даже красиво.

- Мы почти на границе с ханами. Держись крепче, будем снижаться, чтобы не засекли. – Я сжала веревку посильнее, а Горыныч начал резко снижаться, почти стелясь над верхушками то ли пшеницы, то ли ржи.

Скорость полета снизилась и мы стали осторожны, глядя во все стороны. И все равно проморгали его.

- А!

- Ааа!

- Аррр!

Перед самым носом центральной головы Горыныча возник пацан с палкой, грозно размахивая ею над своей головой и громко оря. Дракон как смог затормозил, плюхнувшись на зад и завертя головами, забыв, что я у него на шее, поэтому досталось и мне. Лишь после моих воплей, он, извинившись и распутав меня из веревки, спустил на землю, где вокруг нас бегал смуглый мальчишка не больше пятнадцати лет, может и того меньше.

Черноволосый, с вьющимися волосами по плечи, такие же практически черные раскосые глаза, крупный нос на угловатом лице. Его одежда представляла из себя накидку-безрукавку с мехом, широкие штаны, на ремне которого болтался настоящий нож и, видимо, какая-то обувь на ногах. Щупловатый, мне по шею. Я посмотрела в задумчивости на своего спутника.