Кощеевна.

Но для начала неплохо бы выпутаться из этой щекотливой ситуации. К тому же ханы как раз закончили разговор: охранники еще раз поклонились и вышли за дверь, а ко мне было приковано все внимание. Появилось очередное ощущение, что пытаются залезть в мои мысли не поздоровавшись - я огородилась барьером. Просто преградила путь дальше и повесила табличку “не влезай, сожрет”. Имея богатую фантазию, жизнь становится красочнее.

- Тэр эсэргүүцдэг.

- Дараа нь зүгээр л түүнийг алах.

- Амаа тат.

- С тобой мы разберемся потом, - хан похожий на Джафара выступил вперед, обделив меня вниманием и сосредоточившись на Кощее.

- Мы предлагаем в последний раз - присоединяйся к нам. Тебе осталось не долго, скоро железо богов заберет твои последние силы. Согласись, умирать не так приятно?

- Может я всю жизнь ждал, когда помру, - парировал Кощей с улыбкой. Мне категорически не нравился этот разговор. А еще мне что-то жгло бедро. - Меня не прельщают ваши интриги, так что покончим с этим.

- Жалкий дурак. - Советник скривился, резко повернувшись к нам спиной и я полезла в карман.

- Тэр үхэхийг хүсдэг.

Ханы снова заговорили, причем правитель был нетерпелив в разговоре и чуть ли не стучал ногой. А ведь с виду был нормальным дядькой! Вот что значит внешность обманчива. Так что же мне так печет?!

Пальцы рук нащупали перо, то самое, что Яга подарила в дорогу. Маленькое красное перышко. Которые буквально полыхало у меня в кармане, отдаваясь жаром на пальцах. Поборов рефлекс вытащить опасную вещь, незаметно вытащила перо, спрятав руки за спиной и касаясь им веревки.

Единственный, кто видел мои действия, был Кощей: он приподнял бровь, но на большую эмоцию его видимо не хватило. А в это время происходило что-то странное: сын правителя схватил своего отца за груди и откинул так, что тот не устоял на ногах и упал на спину. В это же время советник сделал пас рукой, произнес какое-то запудренное слово, и брат Хагана начал меняться. Вытягивалось лицо, обрастая серой шерстью, раздавались плечи и менялись ноги, одежда затрещала по швам и начала расходиться, когда человек превратился в чудовище. Я сглотнула горькую слюну.

Волколак.

Человекоподобная ухмылка появилась на волчьей морде. Монстр, опустившись на четыре лапы, медленно приблизился к опевшему правителю. Миг, и персиковый ковер обагряется кровью, а на шее бывшего отца Хагана появляются кровоточащие раны. Мой крик застрял в горле, а носа коснулся металлический запах; советник был доволен сделанным.