Принцесса самозванец и целебная маска

— Красиво горит! Если бы знал что ты затеял, привез бы тебе ещё бензина. — сказал отец и хрипло рассмеялся. — Я в тебе ни секунды не сомневался. Ты бы ни за что не остался тут, в этих убогих окраинах. Ты же Абера, по легенде, в тебе течёт кровь самой царицы Савской! — гордо сказал отец и ещё немного посмеялся.

— Я сжёг не только дом. Сегодня я спалил всё к чертям! — сказал Джомни, сделал большой глоток горячительной и сильно поморщился.

— Ой, я вас умоляю, напхал шаману? Дал в рыло наглому ублюдку? Не смешите мою накидку! Если надо, я легко мог бы всё это замять.

— Правда? — с надеждой посмотрел на отца Джомни.

— Да. Вождь я или не вождь в конце концов! — воскликнул отец и холодная капля горячительного упала на бедро Джомни. — Правда с маской будет посложнее, древняя реликвия, как ни как. Мубэ передают её по наследству от шамана к шаману больше трёх сотен лет, во время ритуала передачи, маску купают в крови шамана, она впитала в себя десятки шаманских душ. Но твою вину немного смягчает то что именно Хайди бросила её на пол, а не ты.

— Так ты можешь меня помиловать?

— Могу, но не хочу. — сказал отец и отпил из горла еще немного.

— Почему?

— Потому что ты был прав. В каждом слове.

Джомни сосредоточенно посмотрел на травинку, что щекотала его ногу.

— Знаешь что значит твоё имя, Джомни? — сказал отец, и поставил бутыль на пыльную землю — Оно состоит из двух выдуманных слов. Одно слово дже, а второе емэн. Они означают смотри и запоминай. Даже не так, наблюдай, и мотай на ус, или эээ, ну в общем одним словом…

— Шпион? — предположил Джомни.

— Вроде того, только добрый. Но об этом никто не должен знать. Когда будешь странствовать, для иностранцев ты будешь просто Джонни. Когда ты родился, я придумал это имя шутки ради, но духи не понимают юмора. Уже к двенадцати годам ты отлично знал больше языков, чем все твои братья вместе взятые. Арабский, русский, английский, китайский даже пытался вроде. Тогда я понял, что твоя судьба — непростая судьба. Великая судьба.

Отец поставил бутыль между собой и сыном, чтобы освободить руки для жестикуляции. Джомни накрыл её горлышко помятой старинной кружкой, и обняв свои колени стал наблюдать за бликом от пожара на поцарапанном донышке.

— Белых людей когда-то выгнали из Африки, за своенравность. Они пошли в индию, истребили местных и выгнали самых своенравных в Европу.