Принцесса самозванец и целебная маска

— Вам это Нимхэ сказала?

Но капитан лишь усмехнулся в ответ, и искоса глянул на Джомни.

— Вот что малыш. У нас у всех накопилось к ней уйма вопросов, но своей командой я рисковать ради неё не буду.

— Не нужно капитан, я всё сделаю.

Через полсуток Мать Гидра шла на перископной глубине недалеко от португальского побережья, а Назир Косичка и Аарон помогали Джомни надевать акваланг. Все четверо поглядывали на торпедный шлюз с надеждой, но не так как раньше, в их глазах читалось двойственное а то и тройственное чувство.

— И что, ты просто бросишь нас тут? — спросил Аарон.

— А ты бы на моём месте, как поступил? — улыбнулся Джомни.

— И не поспоришь… — задумчиво сказал Аарон.

— Ну почему, Я могу вернуться и поспорить. Там я простой нищий бродяга, а тут я часть вполне толковой команды. — сказал Джомни и улыбнулся всем троим.

— Ты имеешь ввиду Мать Гидру? — спросил Косичка — Или конкретно нас?

— Одно другому не мешает. — Ответил Косичке Назир и Джомни жестом подтвердил его слова.

— А ты как, Косичка, Не хочешь со мной? — спросил его Джомни.

— И пропустить самое интересное? Нет уж.

— Да-а-а, похоже Нимхэ и тебя на крючок посадила. — с ехидством сказал Джомни и забрался в шлюз.

Дверца шлюза закрылась. Все трое услышали звук продувки акваланга и два стука по стенке шлюзовой камеры. Шлюз с бульканьем начал заполняться водой, и Джомни наконец был свободен. Внешний люк шлюза открылся, и Джомни впервые за очень долгое время увидел свет. Солнечный свет.

Несколько десятков долгих минут Он перебирал воду ослабевшими ногами в ластах, кислород подошел к половине, но Нимхэ он так и не увидел.

И когда Джомни уже потерял надежду её найти, он решил подняться на поверхность. Несколько минут усилий и декомпрессионного терпения и он уже коснулся бы рукой сияющей поверхности воды, как вдруг некая сила заставила его оглянуться. В его маске отразился траурно черный силуэт Матери Гидры.

Снаружи она была ничуть не хуже чем изнутри. Он попытался вспомнить, как она выглядела, когда он взглянул на неё впервые, но совершенно не узнавал её.

Яркая вспышка сверкнула перед его глазами, и он увидел её изнутри, каждого матроса, каждый агрегат. Каждый винтик, был для него роднее и реальнее чем вся Африка вместе взятая. Он видел её насквозь так, как увидел свои руки когда изучал анатомию вместе со своим наставником, но на этот раз, гораздо точнее. Ведь он сам, добровольно и старательно изучал все её механизмы. Морское чудовище навсегда поглотило часть его души.