Принцесса самозванец и целебная маска

Будучи членом клуба, ты можешь использовать свою власть во благо другим его членам, а взамен получать надёжную информацию, которая необходима для обратной связи. Ты мне, я тебе. И ничего личного. — ответил Косичка и многозначительно замолчал.

— Выходит, у нас есть преимущество? — спросил Аарон.

— Что ты имеешь в виду? — спросил его Нимхэ.

— У нас нет никакой мотивации быть их врагами. Не знаю на счёт зануд, но ни у меня ни у хитреца нет никаких мотивов, чтобы представлять угрозу для них. Это может и сработать.

— Так если у тебя нет мотива бороться с ними, зачем тебе ввязываться в это всё?

— Да.

Тут ты прав. На твои телеса я бы и раньше не повёлся, у меня всё нормально с женщинами, но теперь такое просто недопустимо…

Нимхэ стал серьёзен. Давление на педаль газа ослабло, виноградники стали пролетать медленно. Нимхе впервые за долгое долгое время ощутил близость поражения. Он всегда ненавидел заносчивых людей, которые мнят о себе слишком много, но сейчас он стал королём заносчивости. И подданные начали это замечать.

Ещё немного и это стоило бы ему десятилетий труда, труда подготовки шпионской инфраструктуры, десятилетий притворства и обмана. И огромных денег. Все его труды могли рухнуть только потому, что при всех своих достижениях, он мог оказаться недостаточно хорош, чтобы завоевать дружбу.

Нимхэ специально притормозил, чтобы дать себе время решить непростую задачу - завоевание дружбы. Ему не нужны были трусливые шестёрки, не нужны были ни приятели, ни собутыльники ему нужны были союзники.

Сильные, независимые, разумные. А для того чтобы создать поле притяжение для союзников, ему придётся хорошенько поскрипеть мозгами.

Если он подавит волю парней оказавшихся в его власти то получит в лучшем случае шестёрок, а в худшем озлобленных загнанных в угол крыс. Если он покажет себя слишком слабым или сентиментальным то они в лучшем случае просто ограбят его и разбегутся, а в худшем размякнут вместе с ним. и превратятся в отвратительную аморфную массу, вроде шестидесятилетних старичков, всю свою жизнь мирно проживших при каком-нибудь социализме.

За долгие годы жизни в шкуре эльфийки, Нимхэ много десятилетий прожил под женскими личинами, и ему не составило бы труда вновь убедить парней в том что он женщина которая ищет свою любовь до гроба.

Мужская привязанность к объекту обожания очень сильна, пока мужской организм жаждет спаривания, мозг будет отчаянно рационализировать любую глупость, если мозгу покажется что она приближает коитус.