Самый Сильный демон

На козлах сидела очень сердитая и не очень молодая женщина, которая, в свою очередь, без всякого смущения разглядывала небольшой отряд. «Крестьяне», — подумал Аарон. Когда они поравнялись, рыцарь увидел, что в телеге лежит на спине мужчина, видно, муж женщины. Он был словно околдован — почти не шевелился и что-то бессвязно бормотал, а рядом сидел на каких-то тюках ребенок и тихо играл. Увидев незнакомцев, он смутился и спрятался, но воин заметил, как из широкой щели между плохо подогнанными досками бортов на него уставились блестящие глаза.

— Приветствую вас, добрые путники! — звонко произнес Аарон, обращаясь к женщине на козлах. — Скажите, не заезжали ль вы в Ириль?

От этих слов мужчина в повозке зашевелился, а его спутница натянула поводья и неприветливо посмотрела на рыцаря.

— Сам кто таков? — хмурясь спросила.

— Прошу прощения мою бестактность, — Дэр галантно поклонился. — Мы — рыцари Гильдии, направляемся в Ириль, чтобы одолеть чудище, что по слухам там обитает.

— Хм, — женщина все еще хмурилась.

Аарон и Милена удивленно переглянулись.

— Мы вот как раз оттуда, — продолжала женщина. — Поглядите только, что с мужем моим сотворила, окаянная!

— Может уже объяснишь толком, в чем там дело? — прошипела Сая, которая сейчас сама сошла бы за «окаянную»: так злобно она смотрела на лошадь.

— Прошу прощения за мою спутницу, — поспешил вставить Аарон. — Ей не терпится вступить в бой.

— Ну удачи, коли так, — крестьянка не отрывала недоверчивого взгляда от Саямиру.

Решив, что разговор окончен, женщина легонько хлестнула лошадь, повозка тронулась и миновала путников, прежде чем рыцарь, сбитый с толку упоминанием «эльфьей ведьмы», успел придумать новый вопрос.

Упустив момент, Аарон обратил внимание на Саю и хотел было спросить, что с ней такое, но мечница заговорила первой.

— Лошади, бррр, — произнесла она, и ее передернуло.

— Хочешь сказать, что это все… из-за лошади? — взгляд Милены выражал крайнее недоумение.

— Ты же не думаешь, что меня впечатлила какая-то деревенщина, — отозвалась Саямиру, вид у которой был все еще весьма устрашающий. — Пойдем-ка отсюда скорей.

Лишь когда путники свернули, и повозка осталась далеко позади, Сая пришла в себя.

— Поверить не могу, что ты боишься лошадей, — криво усмехнулся Аарон.